ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИ

Оцените статью

040515 1350 1 ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИВ связи с бурным развитием практической психологии возникает необходимость лучшего понимания психологических феноменов, различных затруднений в жизни людей. В частности, давно известно, что существенное влияние на гармоничность отношения между мужчиной и женщиной оказывают сексуальные отношения.

Однако, психологическое понимание сексуальности в отличие от медицинского и социологического крайне скудно, т.к. длительное неприятие сексуальности человека и понимание ее как «чего-то непристойного» тормозит изучение этой сферы человеческой жизни, а также приводили к появлению многочисленных взглядов, предрассудков и фиктивных суждений, которые так глубоко укоренились в сознании людей, что стали избитыми истинами. Чувственно-сексуальное отношение людей постоянно испытывает давление мнений и суждений, вовсе не основанных на научных знаниях или объективных фактах, почерпнутых из эмпирических исследований. Вместе с тем следует иметь в виду методологическую ограниченность возможностей, обусловленную сложностью и спецификой изучаемых проблем. В связи с этим возникает необходимость исследовать личностные особенности сексуальности мужчин и женщин. В этом заключается актуальность выбранной мной темы.

Объектом исследования выступает сексуальность как личностный феномен.

Предмет исследования – особенности сексуальности мужчины и женщины.

Цель исследования – исследовать характеристики отношений присутствующие в сексуальности мужчины и женщины

Задачи исследования – в соответствии с поставленной целью необходимо решить следующие вопросы:

  1. Провести теоретический анализ специальной научной литературы по предмету исследования.
  2. Выявить теоретические взгляды на психологию сексуальности мужчин и женщин.
  3. Подобрать адекватные поставленной цели инструментарий эмпирического исследования.
  4. Провести исследование сексуальности мужчин и женщин.
  5. Выделить по результатам исследования факторы отношений, проявляемые в особенностях сексуальности мужчин и женщин.

Методы исследования:

  1. Теоретический анализ научной литературы
  2. Методика исследования сексуальности Айзека.
  3. Анкеты на выявление особенностей сексуальной жизни.

 

 

1.1. История становления психологического понимания сексуальности

 

В рамках психологии юнгианского направления психологическая реальность описывается не только понятиями, но и образами, например, Василиска, сказочного чудовища, символизирующего сладострастие и похоть.

Слово василиск происходит от греческого – «basiliscos», которое имеет два значения — королевич и петух с золотым гребнем. Впервые он упоминается в псалме 91, стих 13, который на вульгарной латыни звучит так: «На аспида и василиска наступишь». Василиск — весьма своеобразный, вымышленный зверь с головой петуха, туловищем жабы, хвостом змеи и короной на голове, убивавший одним взглядом. Он вылупился из яйца, в котором не было желтка. Снес это яйцо петух, а высидела жаба на навозной куче. У василиска было три хвоста, глаза его сверкали и, по некоторым сведениям, смертоносным было даже его дыхание. Приблизиться к нему можно было лишь под защитой зеркала. Единственное животное, способное противостоять василиску, — ласка, которая приближается к нему и тотчас отпрыгивает, нападает на него то с одной, то с другой стороны, используя любую возможность и рассчитывая каждое движение.

На средневековой латыни сладострастие именовалось «Luxuria» и изображалось в виде существа, сидящего верхом на дикой свинье, с венком из роз на голове и со щитом в руке, украшенным образом василиска. Но чаще всего символом сладострастия и похоти оказывался сам василиск. Он опасен, загадочен, непонятен, его нельзя отнести ни к какому известному виду животных [17, С. 152].

Попытки обуздать василиска не прекращаются до настоящего времени. В частности, некоторые католические богословы одобряют сексуальность лишь в рамках супружеских отношений и только в том случае, когда речь идет о зачатии ребенка. Никто не отрицает связь сексуальности с размножением, однако зависимость эта невелика, и на 99% сексуальная жизнь самодостаточна. Имеются в виду не только непосредственный половой акт, но и сексуальные фантазии, сновидения и мастурбация. Проследив жизнь обычного человека от колыбели до смертного одра, можно убедиться, что большая часть его сексуальной жизни протекает в воображении, и даже собственно половая активность не направлена на зачатие. Правомерно было бы полагать, что половая сфера животных ориентирована исключительно на размножение, но и это предположение может показаться натянутым, если вспомнить о прекрасных, захватывающих и самоценных брачных ритуалах у животных, например, у павлина, которые вряд ли объясняются примитивными уловками природы.

Передовые богословы не смешивают понятия сексуальности и размножения, но и они продолжают борьбу с василиском, поскольку, поощряемые психологами, утверждают, что сексуальность должна являться функциональным элементом теплых человеческих отношений, результатом взаимной симпатии между мужчиной и женщиной. В том случае, если сексуальность представляет собой зримое выражение любви, она — прекрасна и допустима с моральной точки зрения. Раскрепощенная, свободная сексуальность, иными словами, похоть, luxuria, василиск, считается удручающим, неприемлемым феноменом, типичным выражением мужской брутальности, проявлением низменности натуры. Сторонники этой точки зрения получили неожиданную поддержку со стороны феминисток, полагающих, что мужчины используют женщин в качестве сексуального объекта и прекрасно обходятся безо всяких человеческих отношений[15, С. 14].

Однако не случается ли так, что женщины тоже рассматривают мужчин исключительно в качестве сексуального объекта, хотя бы в воображении? Сейчас очень остро стоит проблема сексуальных домогательств, наподобие тех, в которых обвиняли Кларенса Томаса. Женщины защищают свои права. Но на мой взгляд, наступление ведется в неверном направлении. Речь идет отнюдь не о том, чтобы мужчины прекратили унижать дам скабрезными высказываниями и намеками, а о смелой попытке женщин отказаться от пассивной роли, навязанной им культурой, о чем писала, в частности, известная швейцарская феминистка Ирис фон Ротен в книге «Женщины в детском манеже» тридцать лет назад. Сексуальность как функциональная часть отношений — понятие слишком узкое, тем более что фантазии такого рода не требуют от мечтателя особой активности и бывают, как правило, направлены на незнакомого партнера, реальная связь с которым вряд ли возможна. Поэтому сексуальность может и созидать, и разрушать брак.

Фрейд сделал радикальную и грандиозную попытку интеграции образа василиска, объяснив сексуальность в рамках понятия либидо, энергии, побуждающей человека на определенные действия. Все поступки, фантазии, желания, произведения индивида Фрейд трактует как результат сублимации полового влечения. Личности приходится постоянно сдерживать их натиск, но подчас эго и супер-эго бывают буквально сметены демоническими силами. Теория Фрейда объясняет, почему все попытки обуздать сексуальность терпят крах. К счастью, подобные влечения — не единственный источник психической энергии. Экстравагантная теория Фрейда несомненно интересна, но не обоснована с феноменологической точки зрения. Прибегая к старой, общеизвестной аргументации, можно, например, усомниться в том, что полотна Тициана или Пикассо есть выражение анального эротизма, сублимированного желания нанести свои экскременты на стену, а фуга Баха — следствие неутоленного полового влечения. Фрейд наивно полагал, что произведение искусства является зеркалом души художника, между тем, до сих пор неясно, что вообще такое искусство [57, С. 47].

Юнг не разделял мнение Фрейда о доминирующей роли сексуальности, предположив, что существует универсальная психическая энергия, которая может наплавляться в различные русла, питая среди прочего и сексуальность. Таким образом, образ василиска потерял свою самодостаточность и перестал восприниматься изолированно. Согласно Юнгу, разнообразные сексуальные действия, сновидения, фантазии и т.д. представляют собой не что иное, как интенсивно переживаемые символы духовного совершенствования человечества, поиска себя и индивидуации. Важнейшей предпосылкой этого является способность к плюрализму, совмещению психологических антиподов, которое может происходить всевозможными способами, сознательно и бессознательно, через добро и зло, путем переживания женского и мужского начал. Коньюнкция, mysterium conjunctionis, как ее именовали алхимики, иными словами, таинство связи, слияния противоположностей реализуется в интенсивных сексуальных действиях, фантазиях и сновидениях, которые не обязательно связаны с теплыми, чувственными отношениями, а нередко проявляются в виде раскрепощенной сексуальности. Полные любовных излияний песнопения монахини из Тесталя, обращенные к Иисусу Христу, не следует интерпретировать как сублимированное выражение сексуальности, которая является излюбленным символом конъюнкции. Ведь даже упование на Бога нередко выражается в сексуальных образах [21, С. 147].

Любовная лирика персидского поэта Хафиза — это не симптом половой фрустрации престарелого господина, а свидетельство мистического переживания Бога, осознания его присутствия в сексуальной сфере. То же самое относится и к Песне Песней, и к романам Генри Миллера, и к популярным шлягерам, неизменно преподносящим публике одну безыскусную истину: «Я тебя люблю». В последних находят свое выражение отнюдь не биологически обусловленные половые влечения молодых людей, а их тяга к духовному совершенствованию, индивидуации и конъюнкции. Юнг подчеркивал, что путь к духовной зрелости пролегает через столкновение с тенью, деструктивным началом, внутренним убийцей и самоубийцей. В этом контексте садизм и мазохизм представляют собой медиуматическое переживание феномена тени. Мазохизм, абсолютно непродуктивное с биологической точки зрения удовольствие от причиняемых мучений, отражает приятие личностью разрушительных и неизбежных для человека страданий, наиболее яркое выражение которых — суицидные тенденции. Садизм — это реализация образа внутреннего убийцы и мучителя. Оба феномена, гораздо чаще переживаемые в воображении, чем наяву, — впечатляющие символы индивидуации. Но даже, казалось бы, исчерпывающее объяснение, которое дает феномену сексуальности, в том числе раскрепощенной, психология Юнга, интерпретируя ее как символ духовного совершенствования, оставляет открытыми многие волнующие нас вопросы. Василиск снова поднимает голову, заявляя о своей демонической самодостаточности и неуязвимости. Обсессивная монотонность большинства сексуальных фантазий и реальных переживаний не позволяет говорить только о символике индивидуации. Сексуальность бывает подчас чересчур разрушительной и бездушной.

Влияние василиска столь огромно, что даже его отсутствие настораживает. Равнодушие или слабо выраженный интерес к половой жизни интерпретируется многими современными психологами, находящимися под влиянием теории Фрейда, как результат невротического развития. Возьму на себя смелость предположить, что по крайней мере пятая часть человечества равнодушно относится к сексуальности, несмотря на то, что эти люди вступают в половые контакты и желают иметь детей. Психология часто не принимает в расчет данное обстоятельство или же отделывается ссылками на вытеснение. Но ведь существуют люди, не обладающие ни музыкальным слухом, ни вкусом. Однажды доктор Сэмюэл Джонсон сказал: «Музыка — это единственный звук, который не в силах меня взволновать». Сексуальность тоже может оказаться неспособной взволновать человека. Никому ведь не придет в голову объявлять того, кто не интересуется музыкой, невротиком, тем более что вопреки мнению некоторых музыкальных педагогов, полагающих, что людей, полностью лишенных слуха, не бывает, таковые встречаются в жизни не так уж редко, скажем, не реже, чем люди, равнодушные к сексу [25, С. 52].

Нежелание признать естественность подобного равнодушия –

свидетельство силы Василиска, который, по мнению большинства, должен присутствовать повсюду. В последнее время, к счастью, отказались от идеи перевоспитания гомосексуалистов в гетеросексуалистов, но не теряют надежды пробудить интерес к сексуальности у равнодушных к ней личностей. Если двадцатипятилетняя девушка или молодой человек не проявляют живейшего интереса к половым вопросам и не имели сексуальных контактов, то психолог начинает озадаченно потирать лоб, а психиатр подозревает серьезное психическое расстройство, функциональную травму, связанную со злой матерью, опытом инцеста и т.д. Перверсии имеют право на существование, но равнодушию к сексу в этом праве отказано. Католическая церковь проявляет большую терпимость в этом вопросе, поскольку имеет в своем арсенале образ Святого семейства и, в частности, кроткого Иосифа. Упрекнуть священников можно лишь в том, что они ошибочно полагают, будто подобное отношение к сексуальности автоматически ведет человека в лоно церкви.

После первой мировой войны появилась мода на уподобление полового влечения примитивным биологическим потребностям, наподобие голода и жажды. Однако и такой подход ничего не дает исследователю. Возникает впечатление, что ни попытка ограничить сексуальность сферой размножения и супружеских отношений, ни радикальный проект Фрейда представить данный феномен в качестве источника жизненной энергии, ни эстетская, элегантная и фундаментальная версия Юнга, согласно которой половое влечение — символ индивидуации, не дают исчерпывающий ответ на интересующий нас вопрос. Василиск неуязвим [47, С. 14].

Быть может, еще не пришло время для понимания данного феномена? Быть может, он не будет понят и взят под контроль никогда? Если так, то к сексуальности не приложимы никакие нормы, т.к. не может быть нормальной и ненормальной сексуальности или какой-то особой половой морали. Здесь действует мораль общечеловеческая, гласящая, что человек не должен причинять вред ни себе, ни своему ближнему, что люди должны относиться

друг к другу с любовью и терпимостью.

Не лучше ли терапевтам, педагогам и общественным деятелям признать факт того, что в человеческой душе кроются необъяснимые силы? За последние сто лет героическое начало человеческого эго все более искушает индивида на диктат над душой. Современная психология превращается в психологию эго, в рамках которой идет речь о сильном и слабом эго и ставится задача его укрепления. Тому, кто придерживается такого мнения, не по душе неуязвимость василиска, с успехом противостоящего всем атакам со стороны личности. Пришло время понять, что данный феномен не подлежит ни интеграции, ни толкованию, ни феноменологическому описанию. Сексуальность просто существует, бывает выражена сильнее или слабее, принимает то одну, то другую форму. Некоторые люди подвержены мощному половому влечению, другие — реализуют таким образом нежность к любимому человеку, иным — секс только мешает теплым отношениям.

Огромное количество душевной энергии тратится сейчас на усилия по интеграции и подавлению сексуальности, на попытки понять ее психодинамически, подогнать под существующие нормы морали и согласовать с социальными условиями.

Морализаторство, утилитарное отношение к половому влечению как к инстинкту размножения, романтические попытки интерпретировать сексуальность как функциональный элемент межличностных отношений, идеи порабощения данного начала человеческим эго или супер-эго и символическое толкование сексуальности — все это в результате приводит к самобичеванию, чувству вины и бессилия, за исключением тех нередких случаев, когда мыслитель просто развлекается отвлеченным умствованием. Рано или поздно исследователь приходит к невеселому выводу о том, что все мы далеко не ангелы, а скорее существа в моральном смысле слабовольные с выраженными невротическими чертами. Суеверное убеждение неомарксиста Герберта Маркузе в том, что люди смогут наслаждаться сексуальностью, когда сбросят оковы репрессивного общества, — «маркузианская» иллюзия и не более. Вкушать сексуальность мешает нам не капиталистическое общество, а сама раскрепощенная сексуальность, которая не считается ни с нашей, ни с чужими жизнями и мнениями. Подобное влечение может доставлять удовольствие наряду с серьезными неприятностями и несчастьями.

Выходом из сложившейся ситуации может стать только распознание самодостаточности феномена сексуальности, силы, своеобразия и слепоты василиска. Акцентуация загадочной суверенности полового влечения поможет избежать многих невротических осложнений. Возникнет возможность описывать проявления данного начала, освободившись от фанатичного стремления к пониманию и господству. Отдавая должное демонической мощи василиска, исследователи могут наблюдать за ним и в случае необходимости предлагать тот или иной способ защиты. В этом смысле за последние годы был достигнут некоторый прогресс, в частности, в отношении гомосексуалистов и лиц, подверженных мастурбации, которые уже не подвергаются тирании общественного мнения. Данные феномены — не что иное как несколько нетрадиционные манифестные проявления все того же василиска, порой навязчивые и неприятные, порой волнующие и влекущие.

Существует немало людей, убежденных в том, что сексуальность охватывает все психическое. Тем самым они путают силу сексуального тяготения с душевной склонностью. Разумеется, половая и душевная симпатия часто возникают одновременно, и это не может не радовать, но многие люди вступают в брак, принимая проявление раскрепощенной сексуальности за любовь. Тысячи супружеских уз, затянутых василиском, рвутся как только внимание автономной сексуальности ненароком перемещается с супруга на другого человека. Современному человеку вообще трудно смириться с мыслью, что в его душе свили себе гнездо совершенно независимые от него силы. Прежде говорили о демонах, бесах, одержимости дьяволом и тому подобном. Слова эти хоть и своеобразны, однако далеко не так нереалистичны, как может показаться на первый взгляд. Пришло время поговорить о второй практической выгоде, которую сулит нам капитуляция перед василиском. В рамках психологии никогда не переведутся попытки постичь те или иные психические феномены, в данном случае — сексуальность. [12, С. 82].

Важно понять, что подобные попытки не могут увенчаться успехом, поскольку василиск и душа не подлежат пониманию. Как тут не вспомнить слова Сократа: «Я знаю, что ничего не знаю».

Однако было бы неверно полностью принять агностицизм и опустить руки, разуверившись в возможностях психологии. Необходимо тщательнейшим образом изучать василиска, хотя он и ускользает от внимания исследователя, подобно всей психике, и остается по-прежнему загадочным и неуловимым. Нигде синтез понимания и непонимания психической деятельности не проявляется так ярко, как на примере сексуальности. Тот факт, что мы участвуем в божественной игре, правила которой нам не известны, становится очевидным, когда сталкиваешься с влекущим, зловещим и динамичным василиском. Противостоять сексуальности непросто. Кстати сказать, даже верующие люди должны возрадоваться тому, что никто не понял до сих пор природы этого волшебного зверя. Это обстоятельство указывает, в частности, на то, что современный подход к изучению человеческой души не совсем верен, и последнюю следовало бы рассматривать в иных категориях, например, веры. Осознание ограниченности своего понимания василиска поможет психологам улучшить свои профессиональные качества, поскольку по аналогии с ним, они перестанут и в других вопросах безоглядно доверять образам, сказаниям, мифологемам и т.д. Психологические теории — это не физические постулаты, а только модели, эксперименты, целью которых является постижение души, и в этом смысле исследовательский подход, кроющийся за образом василиска, намного превосходит биологическую модель сексуальности, поскольку последняя отнюдь не столь безвредна, как утверждают сторонники ее естественности. Христианские богословы, предубежденные против сексуальности, не были глупцами. Отцы церкви как психологи превосходили многих современных педагогов, стремящихся решить все подобные проблемы путем полового воспитания в школе [20, С. 17].

Василиск неуязвим и опасен. Даже его дыхание — смертельно. Данное обстоятельство является, на мой взгляд, одной из причин того, почему все современные толки о свободном браке и естественной, раскомплексованной сексуальности весьма сомнительны. Играть с василиском допустимо, но необходимо быть всегда настороже.

В заключение можно отметить, что образ василиска можно трактовать с двух точек зрения. Во-первых, с религиозной: треххвостый василиск, увенчанный короной, с петушиным гребнем, имеющим три зубца, может интерпретироваться как символ тени Святой Троицы, Отца, Сына и Святого Духа, приобретая религиозное звучание, оправданное тем обстоятельством, что сексуальные и религиозные переживания во многом близки. Во-вторых, с позиции агностицизма: раскрепощенная сексуальность именовалась в Средневековье Luxuria, символом которой был василиск. Проявления василиска следует воспринимать как сладострастную игру природы, позволяющую нам ощутить, выразить и попытаться постичь собственную душу, как игру, которая вместе с тем опасна и способна превратить человека в маниакальное существо.

Однако, с позиции ли агностицизма или с религиозной точки зрения, василиск – неизменно влекущее, интригующее создание, подобно человеческой психологии.

 

 

 

 

1.2. Пол и сексуальность

 

Что же такое «сексуальность»? В ранних сексологических теориях этого термина не было, его заменяло понятие «полового инстинкта». Понятие это крайне неопределенно.

Одни авторы, от Лютера и Монтеня до французского ученого конца XIX века Шарля Фере, считали, что половой инстинкт — это потребность организма освобождаться от продуктов деятельности половых желез, то есть от семени. Семяизвержение физиологически очень похоже на мочеиспускание или испражнение. Но как объяснить женскую сексуальность?

Другие авторы говорят о «репродуктивном инстинкте», потребности продолжения рода, которая свойственна обоим полам. Но как объяснить формы сексуальности, заведомо не связанные с деторождением — мастурбацию или гомосексуальность?

Фрейд говорит о двух базовых инстинктах — жизни и смерти. Что же касается собственно полового влечения, желания (латинское слово «либидо» обозначает именно это), то в его основе лежит потребность в удовольствии. В своей сознательной деятельности человек руководствуется принципом реальности, либидо же принадлежит к сфере бессознательного, где царит принцип удовольствия. Вопрос в том, как сочетать эти начала [47, С. 72].

Чтобы понять биологические детерминанты человеческой сексуальности, необходимо рассмотреть ее исторически, в филогенезе.

Филогенез сексуального поведения – яркий пример восхождения от жестко запрограммированного инстинктивного поведения к гибкому и избирательному. По своему происхождению сексуальное удовольствие – средство стимулировать деторождение, награда за тяжкий труд зачатия и порождения новой жизни. Но в дальнейшем сексуальность отделилась от репродуктивного поведения, стала самоценной.

 

Автономизация сексуального поведения от репродуктивной функции чрезвычайно увеличивает многообразие его форм. Оно становится более избирательным, селективным и требует индивидуального научения. Низшие животные, выращенные в изоляции, достигнув половой зрелости, без особого труда осваивают характерную для их вида технику спаривания. У собак дело обстоит сложнее. В опытах ленинградских физиологов В. В. Антонова и М. М. Хананашвили выяснилось, что щенки, выращенные в полной изоляции от сверстников, не могли успешно спариваться, так как не имели необходимых технических навыков копуляции.

Еще более впечатляющими были опыты американского психолога Гарри Харлоу с обезьянами-резусами, выращенными без общества сверстников. Обследование гениталий и имитация полового акта занимают важное место в играх всех высших животных, не исключая и человека. Лишенный этой возможности детеныш не может своевременно овладеть основными приемами копулятивной техники. Кроме того, эти обезьяны отстают в своем эмоциональном развитии, так как не могут выработать необходимых коммуникативных навыков, умения общаться с себе подобными. На потенциальных сексуальных партнеров они реагируют агрессией или страхом. Общение со сверстниками и связанные с ним эмоциональные переживания во многом определяют все последующее развитие индивида и особенно его сексуальные реакции.

Следует иметь в виду, что отдельные сексуальные реакции имеют не только физиологические, но и знаковые функции. Спаривание стадных животных происходит не в социальном вакууме, а в определенной системе отношений с другими членами стада. Например, доминантная самка в собачьей своре может воспрепятствовать самцу спариваться с другой самкой. Самец обезьяны, занимающий низкое место в иерархии, не смеет приблизиться к самке в эструсе (течке), если рядом находится самец более высокого ранга, но спаривается с нею, если тот отходит.

Возраст, когда животные начинают спариваться, также зависит от социальной организации, свойственной данному виду. Самцы морских свинок или крыс спариваются и производят потомство, как только их семенники начинают производить зрелую сперму. Напротив, молодой павиан, чтобы получить доступ к рецептивным самкам, должен не только достичь своего полного роста, но и завоевать определенное положение и престиж в стаде. У некоторых животных спаривание монопольно принадлежит немногим доминантным самцам, которые подавляют проявления агрессии внутри группы и совместно наказывают нарушителей порядка.

Генетическая функция самца — оплодотворить как можно больше самок, обеспечив передачу своих генов потомству, самка же обеспечивает сохранение потомства и унаследованных качеств. Это подкрепляется данными репродуктивной биологии: самец обладает почти неограниченным запасом семени, тогда как количество яиц, которым располагает самка, ограничено. Сексуальная активность самки млекопитающих лимитируется тем, что она должна выносить, выкормить и вынянчить потомство. Видимо, поэтому природа позаботилась о том, чтобы самки большинства млекопитающих могли спариваться только в период течки (эструсе), в другое время они реагируют на самцов агрессивно, что накладывает сезонные ограничения и на самцов. Тем не менее половая жизнь самцов у большинства видов более экстенсивна; один самец обычно оплодотворяет многих самок, в «семейной» структуре некоторых видов это закрепляется существованием «гаремов» и т. д. [34, С. 41].

Асимметрия половых ролей и сексуального поведения в животном мире не означает, что самец «господствует» над самкой. Самцу обычно принадлежит право ухаживания, причем внутри-половой отбор самцов часто определяется состязанием в силе. Но самка не просто становится добычей победителя, а выбирает его из нескольких возможных претендентов. Причем имеют значение не только физические данные самца, но и то, какими материальными ресурсами он потенциально располагает. Это особенно заметно у птиц. Так, самка болотного крапивника выбирает супруга не по его внешности или красивому голосу, а по тому, насколько хорошей, богатой территорией он владеет, от чего зависит благополучие потомства. Иначе говоря, это «брак по расчету»: преимущество получает самец, который способен обеспечить наиболее благоприятные условия для выращивания потомства.

Диапазон форм сексуального поведения у животных чрезвычайно широк — от внешне беспорядочного спаривания у одних видов до длительного парного сожительства у других. Это всегда имеет какую-то видовую целесообразность как с точки зрения продолжения рода, так и с учетом особенностей видового поведения, зависящих в конечном счете от экологии.

В частности, переход от полигамии, преобладающей у большинства видов, к «моногамии», то есть к устойчивому брачному союзу самца и самки хотя бы на срок выращивания одного выводка, обусловлен, по мнению Э. Уилсона, специфическими условиями, когда одна самка без помощи самца не может вырастить потомство. Там, где родительские функции выполняет одна самка и «отцовства» не существует, отпадает и необходимость в длительном ухаживании и тем более в тесном брачном союзе.

Сексуальное поведение высших животных связано не только с репродуктивной функцией [14, С. 74]. Некоторые физиологические реакции имеют у них, как и у людей, условный, знаковый характер. Так обстоит дело, например, с эрекцией и демонстрацией эрегированного полового члена. Физиологически эрекция полового члена принадлежит к числу непроизвольных и неспецифических реакций. У молодых самцов она возникает не только в связи с сексуальным возбуждением, но и в ситуациях, вызывающих страх, агрессию, вообще эмоциональное напряжение. Уже новорожденные самцы приматов, включая человека, делают характерные тазобедренные телодвижения, выпячивая член, как при копуляции.

У взрослых самцов эти рефлекторные телодвижения приобретают значение знака, становятся жестами. Так, у обезьян саймири демонстрация эрегированного члена другому самцу — жест агрессии и вызова. Если самец, которому адресован такой жест, не потупится и не примет позы подчинения, он тут же подвергнется нападению, причем в стаде существует на этот счет жесткая иерархия: вожак может показывать свой член всем, а остальные самцы — строго по рангу. Сходная система ритуалов и жестов существует у павианов, горилл и шимпанзе.

Известен и механизм ее передачи: пока детеныш мал, на его эрекции не обращают внимания, но как только он вступает в период полового созревания, взрослые самцы воспринимают эрегированный член как жест вызова и жестоко бьют подростка, так что, вырастая, он уже понимает значение этой физиологической реакции и соответственно контролирует ее.

«Отпугивающая» сила полового члена применяется и против внешних врагов. Немецкий этолог Вольфганг Виклер описал караульных павианов и зеленых обезьян в Африке. В то время как стадо кормится или отдыхает, такие самцы сидят на видных местах, расставив ноги и демонстрируя частично эрегированный член. Это служит как бы предупреждением чужакам, чтобы они не тревожили стадо. Связь такого поведения с древними фаллическими культами, о которых будет речь позже, достаточно очевидна.

Некоторые формы сексуального поведения не только не имеют репродуктивного смысла, но и противоречат правилам поло-ролевой дифференциации. Например, самец «подставляется», а самка совершает «наскок». Причины такого «гомосексуального» поведения могут быть разными. В одном случае все дело в трудностях распознавания истинного пола партнера. Например, лягушки и жабы не могут определить пол партнера на расстоянии, поэтому сексуально активный самец наскакивает на любую движущуюся особь своего вида; дальнейшее зависит от реакции партнера: самка поведет себя рецептивно, а самец начнет сопротивляться, заставив «насильника» уйти. Быки и жеребцы в состоянии возбуждения нередко наскакивают даже на неодушевленные предметы. Однако наскок одного самца на другого чаще происходит в отсутствие самки, при появлении которой самец обычно переключает внимание на нее [35, С. 118].

В других случаях сексуальное поведение выражает иерархические отношения господства-подчинения. Такое поведение зафиксировано у многих животных — овец, горных коз, ящериц, обезьян, дельфинов. Копулятивные позиции при этом только имитируются, причем доминантный самец или самка выполняет маскулинную роль, а более слабый партнер — фемининную.

Иногда сексуальный контакт (спаривание, взаимная мастурбация) является элементом игрового общения однополых молодых животных.

У обезьян «подставление» – своеобразный жест примирения после ссоры. Выросшие вместе и связанные узами взаимной привязанности молодые самцы нередко «подставляются» или наскакивают друг на друга, но, как в детских играх, это чаще всего лишь выражение дружеских чувств. То же может происходить в состоянии аффекта. По словам Джейн Лавик-Гудалл, в момент сильного волнения один самец шимпанзе может прижаться к другому и даже взобраться на него, но эта форма поведения выражает лишь потребность в физическом контакте с сородичем.

И лишь в очень редких случаях налицо исключительно гомосексуальное поведение, обусловленное гормональной феминизацией или специфическими условиями индивидуального развития (например, когда два однопольк щенка растут в изоляции от других животных и все их привязанности сосредоточены друг на друге).

Таким образом, даже сексуальное поведение животных не сводится к обеспечению репродуктивной функции и не является чисто инстинктивным. Человеческая сексуальность – тем более.

Отдельные сексуальные автоматизмы (например, эрекция полового члена) и компоненты сексуального поведения (например, половое возбуждение) имеют физиологическую природу и поддаются механическому

или нейрохимическому манипулированию.

Американский физиолог Пол Мак-Лин и его сотрудники в опытах на обезьянах саймири и других животных нашли, что раздражение некоторых отделов головного мозга вызывает определенные сексуальные реакции — в одном случае эрекцию, в другом — эякуляцию, в третьем — мастурбацию.

Электрическое стимулирование лобных долей головного мозга у людей также вызывает эротические оргазмоподобные переживания. Причем нервные центры, регулирующие оральные, то есть локализованные в полости рта, реакции, тесно связаны с центрами, регулирующими генитальные реакции: их низкочастотное раздражение вызывает сначала слюноотделение и жевательные реакции, а примерно через минуту — эрекцию члена. У животных и человеческих младенцев эрекция нередко наблюдается во время кормления.

Мак-Лин объясняет это особенностями филогенеза: в неокортексе, то есть в высших, филогенетически позднейших отделах мозга, голова и хвост представлены как противоположные, полярные точки тела, но в лимбических долях они сближаются благодаря чувству обоняния, которое существенно как для питания, так и для спаривания животных.

Обнюхивание или облизывание аногенитальных частей — важная часть ритуала знакомства и приветствия у многих животных. Физиологи объясняют это действием так называемых феромонов — выделяемых гениталиями пахучих веществ, вызывающих у особей противоположного пола половое возбуждение.

Наличие феромонов у человека долгое время оспаривалось. Некоторые ученые считают, что у человека в связи с особенностями его анатомии (прямохождение) роль обонятельных сексуальных раздражителей значительно меньше, чем у животных, уступая место зрительным восприятиям [38, С. 247].

Тем не менее некоторые запахи обладают сильным эротизирующим воздействием, а другие предположительно способствуют синхронизации физиологических реакций партнерской пары. Кроме того, даже если роль обонятельных анализаторов в сексуальном поведении человека уменьшилась, древняя связь соответствующих нервных центров может сохраняться в мозгу. Недаром, напоминает Мак-Лин, несмотря на все религиозные запреты и эстетические соображения, человеческая сексуальность включает разнообразные орально-гснитальные (фелляция, куннилингус) и анально-генитальные контакты. Отмеченная уже Аристотелем эрогенность орального и анального отверстий и прилегающих к ним частей тела ни у кого сомнений не вызывает. Спазматическое сокращение ануса – такой же естественный физиологический спутник оргазма, как учащение пульса и усиленное потоотделение. Более того, тип мышечных сокращений заднего прохода, сопутствующих мужскому оргазму, имеет свой особый индивидуальный ритм. В последние годы появляется все больше экспериментальных данных, по которым запахи и феромоны являются важным средством сексуального привлечения и коммуникации у всех животных, включая человека, хотя их психофизиологические механизмы остаются спорными.

Отдельные сексуальные реакции нейрофизиологически связаны не только друг с другом, но и с множеством других, несексуальных реакций [41, С. 201].

Один исследователь ввел в мозг крысы-самца тестостерон, рассчитывая вызвать агрессивное поведение и половое возбуждение. Однако у самца вдруг проявился материнский инстинкт: вместо спаривания с подсаженной к нему самкой он начал «нянчить» ее. Инъекция тестостерона в соседнюю точку мозга действительно вызвала агрессию и половое возбуждение, а инъекция между этими двумя точками – «смешанное» поведение, когда агрессивность перемежалась с проявлением заботы и материнскими реакциями.

Раздражение одних и тех же участков головного мозга может вызывать не только реакции, отмеченные Мак-Лином, но и многие другие, которые при всем желании невозможно «увязать» с сексуальностью. Поэтому специалисты настойчиво предостерегают против иллюзии легкого перехода от экспериментального манипулирования отдельными нейрофизиологическими реакциями к «управлению» и нейрохирургической коррекции сексуального поведения человека в целом. Они указывают на расплывчатость и неясность самого понятия «половых центров», локализованных в определенных точках мозга, полифункциональность регулирующих сексуальное поведение нервных механизмов и в особенности принцип единства и целостности центральной нервной системы.

Вопрос этот имеет не только теоретическое значение. В 1960-х годах некоторые западногерманские нейрохирурги, увлекшись достижениями экспериментальной нейрофизиологии и не вполне отдавая себе отчет в сложности вопроса, применяли операции на гипоталамусе для «излечения» ряда психосексуальных аномалий (садизма, педофилии и т. п.). Результаты оказались плачевными. В некоторых случаях был нанесен вред психическому здоровью пациентов, а в других операции были неэффективными.

Столь же сложная картина наблюдается в эндокринологии. После того как было доказано, что сила полового возбуждения и уровень сексуальной активности как мужчин, так и женщин зависит от уровня андрогенов (андроген часто называют «либидо-гормоном»), многие ученые решили, что открылась широкая возможность «управления» эротическими чувствами и сексуальным поведением людей. Но вскоре выяснилось, что андрогены воздействуют только на силу полового влечения, а не на его направленность.

С помощью соответствующей гормонотерапии можно повысить или понизить уровень половой возбудимости, но нельзя изменить сексуальную ориентацию личности и превратить гомосексуала в гетеросексуала [24, С. 92].

Затем, как и в исследованиях гормональной половой дифференциации, выявились другие ограничения, в частности, разная сенситивность к стероидным гормонам в зависимости от пола, возраста и некоторых индивидуальных особенностей. В опытах на животных обнаружилось, что одни и те же гормоны не совсем одинаково влияют на разные компоненты сексуального поведения.

По данным английского ученого Джона Бэнкрофта, андрогены, прежде всего – тестостерон, являются необходимым, но недостаточным условием нормального сексуального желания у мужчин. Прием тестостерона интенсифицирует мужское сексуальное воображение и интересы, повышает сексуальную возбудимость, способствует учащению эрекции полового члена во сне. Сексуальные интересы и сексуальная активность мальчиков-подростков также коррелируют с уровнем тестостерона. Однако у женщин такой зависимости не обнаружено, экспериментальные данные противоречивы.

Да и у мужчин многое зависит от негормональных факторов (например, эрекции в ответ на визуальные эротические стимулы кажутся независимыми от андрогенов). Влияние репродуктивных гормонов на сексуальное поведение опосредствуется другими физиологическими факторами и зависит также от познавательных и эмоциональных процессов.

Как справедливо заметил американский психолог Филип Зимбардо, сексуальное влечение качественно отличается от всех остальных влечений и потребностей.

Будучи необходимым для выживания вида, оно несущественно для индивидуального выживания, без секса можно жить.

Сексуальное желание может не зависеть от неудовлетворенности, оно в каком-то смысле ненасыщаемо.

Сексуального возбуждения добиваются так же активно, как и разрядки связанного с ним напряжения.

Сексуальное желание мотивирует необычайно широкий спектр поступков и психических процессов.

Оно возбуждается почти всеми мыслимыми способами — от прикосновения к половым органам до мгновенной фантазии.

Любой стимул, который однажды ассоциировался с сексуальным возбуждением, может стать для него привычным мотиватором, и любой стимул, ассоциировавшийся с сексуальной разрядкой, может стать ее условным подкреплением.

Человеческое сексуальное поведение нельзя рассматривать по формуле «стимул – реакция», в отрыве от субъективных мотивов и от того смысла, который эти действия имеют для самого человека [17, С. 124].

Любое человеческое действие имеет какой-то субъективный личностный смысл. Чтение книги ради подготовки к экзамену, или из желания овладеть ее содержанием, или ради удовольствия, доставляемого самим процессом чтения, — психологически совершенно разные действия. Смысл сексуального поведения также меняется в зависимости от того, какие именно субъективные потребности оно удовлетворяет.

«Один и тот же» половой акт может быть:

  • средством релаксации, разрядки полового возбуждения. Это — самая элементарная форма удовлетворения физиологических потребностей субъекта; качества партнера почти безразличны, можно обойтись и с помощью мастурбации;
  • средством прокреации, деторождения, когда важен не столько процесс, сколько его конечный результат. В чистом виде этот тип мотивации выступает в династическом браке монарха, нуждающегося в наследнике, или в поведении одинокой женщины, которая сознательно использует мужчину, чтобы зачать ребенка. Эротические соображения об удовольствии играют здесь ничтожную роль, зато очень важны социальные или природные качества «производителя»;
  • средством рекреации, чувственного наслаждения, выступающего как самоцель. Рекреативная мотивация оттеняет игровые аспекты секса; особое значение придается новизне, разнообразию эротической техники. Психологическая интимность при этом необязательна, а сексуальное удовлетворение партнера входит в «правила игры» лишь как средство увеличить собственное удовольствие;
  • средством познания, удовлетворения сексуального любопытства. В каком-то смысле сексуальная близость — всегда познание. Недаром в Библии выражение «познать женщину» означает половую связь. Но этот мотив может быть самостоятельно доминирующим. Он особенно характерен для подростков, обуреваемых вопросом: «А как это вообще бывает?» У взрослых вопрос конкретизируется: «Что представляет собой данный человек в сексуальном плане?», но в любом случае партнер выступает здесь прежде всего как объект познания;
  • средством коммуникации, когда сексуальная близость выступает как момент психологической личностной интимности, выхода из одиночества, слияния двоих в единое целое. Это — самый сложный вид отношений, куда вышеперечисленные мотивы входят как подчиненные компоненты. Коммуникативная сексуальность предполагает высочайшую степень индивидуальной избирательности. Именно она обычно подразумевается, когда говорят о половой любви;
  • средством самоутверждения, когда на первом плане — потребность индивида проверить или доказать самому себе и другим, что он может привлекать, нравиться, сексуально удовлетворять. Этот мотив исключительно важен для подростков, у взрослых его гипертрофия обычно связана с чувством тревоги и неуверенности в себе;
  • средством достижения каких-то внесексуальных целей, материальных выгод (брак по расчету) или повышения своего социально-психологического статуса и престижа в глазах окружающих. Так, близость с красивой женщиной увеличивает престиж мужчины, а наличие поклонников повышает статус женщины. В любом случае здесь превалирует ориентация на какие-то безличные социальные ценности и мнение окружающих;
  • средством поддержания определенного ритуала или привычки. Например, супружеские поцелуи часто не имеют эротического смысла, но подчеркивают факт устойчивости, стабильности существующих отношений;
  • средством компенсации, замены каких-то других, недостающих форм деятельности или способов эмоционального удовлетворения. Навязчивая мастурбация у подростков или донжуанизм у взрослых часто служат именно компенсацией бедности эмоциональной жизни. Типичная черта компенсаторной сексуальности — ее вынужденный, принудительный характер и постоянная неудовлетворенность ее результатами. Как и при изучении прочих форм компенсаторного поведения, задача в том, чтобы понять, что именно индивид старается, сознательно или бессознательно, компенсировать: испытывает ли он дефицит эмоционального тепла или стремится заглушить какие-то агрессивные импульсы и т. п.

Каждый из этих мотивационных синдромов относительно автономен, а в зависимости от него меняется даже последовательность психосексуальных реакций. Например, релаксационная модель предполагает, что сексуальное возбуждение предшествует эротическому воображению, тогда как рекреационная модель предполагает обратную последовательность. На самом деле разные мотивы большей частью переплетаются. Кроме того, в ходе развития сексуального контакта (тем более — отношения) один мотив может перерастать в другой (например, флирт перерастает в серьезное увлечение), изменяя тем самым природу отношения как целого. Наконец, эти мотивы зачастую не осознаются, а полностью не осознаются вообще никогда.

Но индивидуальная мотивация тесно связана с нормами культуры, которая придает сексуальности то или иное значение, определяет ее ценность, создает язык, посредством которого люди выражают и формируют свои переживания. Как это делается — прослеживают исторические науки, этнография и социология.

1.3. Социальные характеристики сексуальности

 

Традиционный взгляд представляет сексуальность чем-то исключительно иррациональным, инстинктивным. Либидо – врожденный инстинкт или потребность, которая удовлетворяется путем разрядки возникшего в организме психофизиологического напряжения. Но сексуальность – явление сложное. Одно дело – сексуальные автоматизмы, вроде эрекции полового члена, другое – эротические мотивы и желания, третье –сексуальная техника, способы осуществления полового акта. Даже удовлетворение голода и жажды – не просто физиологические процессы. А высшие человеческие потребности — в творчестве, познании, самореализации, любви — и вовсе не сводятся к тому, чтобы «разрядить» напряжение и тем самым «успокоить» человека. Напротив, счастье обязательно предполагает неудовлетворенные желания, напряженное стремление к чему-то труднодоступному, даже невозможному.

По аналогии с безусловными и условными рефлексами ученые различают первичные и вторичные эротические стимулы. Первичные эротические стимулы вызывают сексуальное возбуждение автоматически, независимо от предыдущего опыта и обучения. Например, легкое прикосновение к половым органам обычно вызывает приятное ощущение и затем эрекцию. Вторичные эротические стимулы – тактильные, обонятельные, слуховые или зрительные – являются результатом индивидуального научения и опыта. Естественно, что их гораздо больше и они значительно разнообразнее. То, что служит эротическим стимулом для одного человека, может оставлять совершенно равнодушным другого или даже вызывать отвращение. Это зависит от воспитания, привычек и мотивации, а также соответствующих норм культуры.

Хотя вторичные стимулы основываются на первичных, они существенно корректируют диапазон и силу воздействия последних. Например, нежные прикосновения матери мужчина обычно не воспринимает как эротические, и они не вызывают у него возбуждения. Девушка-студентка однажды рассказывала подруге, что самым сильным эротическим переживанием ее отрочества был глубокий поцелуй, когда она почувствовала язык мальчика у себя во рту. «Фу, какая мерзость! – заявил услышавший это девятилетний брат.– Как могут нравиться такие гадости?!»

Сексуальное возбуждение, как и всякое иное эмоциональное состояние, имеет два компонента: а) физиологическое возбуждение и б) его объяснение, интерпретацию.

Объяснение любого эмоционального состояния зависит от социального и психологического контекста его восприятия.

В одном эксперименте испытуемые-мужчины рассматривали фотографии обнаженных женщин и при этом слышали усиленное приборами биение сердца, которое они принимали за свое собственное. Оказалось, что фотографии, при рассмотрении которых фальшивый пульс заметно изменялся, учащался или становился реже, нравились испытуемым больше, чем остальные.

Контрольная же группа оценивала привлекательность всех снимков приблизительно одинаково. Почему? Испытуемые пытались объяснить себе сдвиг в своем физиологическом состоянии, а поскольку единственной причиной изменения пульса казалась предъявленная фотография, они начинали думать, что данный снимок их возбуждает и, следовательно, этот женский образ привлекательнее других.

Эмоциональное переживание становится эротическим, только если оно включается в соответствующую мотивационную систему, т. е. воспринимается и оценивается как сексуальное. [33, С. 47].

Любое сексуальное переживание – стадиальный процесс, в котором восприятия чередуются с оценками:

восприятие стимула -> положительная его оценка -> сексуальное возбуждение -> восприятие своего возбуждения -> положительная его оценка -> сексуальное поведение -> его восприятие -> положительная оценка этого

переживания.

Если какое-либо звено в этой цепи будет воспринято не как эротическое (например, прикосновение партнера будет воспринято не как элемент любовной игры, а как агрессия или манипулятивное действие) или вызовет вместо положительных эмоций отрицательные – сексуальное возбуждение сразу же пойдет на убыль.

Даже такой, казалось бы, чисто физиологический процесс предполагает целую серию познавательных операций: индивид воспринимает какие-то внутренние и внешние стимулы, ассоциирующиеся у него с возбуждением; оценивает их как эротические; определяет источник возбуждения; регулирует свои сексуальные реакции в соответствии с их силой и оценкой ситуации; оценивает свои возможности; реагирует на ожидание окружающих и т. д.

Все это не является чем-то случайным и разрозненным. Так же как физиологические реакции индивида зависят от его сексуальной конституции, его эротические реакции можно понять и предсказать только в контексте его сексуального сценария, который определяет что, где, когда, как и почему.

Понятие сексуального сценария, введенное в сексологию американскими социологами Джоном Гэньоном и Уильямом Саймоном, обозначает три разных явления:

  1. совокупность социальных норм, регулирующих сексуальное поведение членов данного общества;
  2. межличностное отношение, в котором реализуются эти культурные нормы;
  3. совокупность специфических для данной личности и неразрывно связанных с ее «Я» эротических мотивов и предпочтений.

Эти значения никогда не совпадают, но всегда так или иначе соотносятся друг с другом.

Каждый человек имеет не один, а несколько сексуальных сценариев. Во-первых, эротические фантазии, которые личность никогда не пытается, не может или даже не хочет реализовать в полном объеме. Во-вторых, планы реального поведения, которые она более или менее последовательно осуществляет. В-третьих, промежуточные ориентиры, возникающие в процессе сексуального взаимодействия («если он сделает то-то, я сделаю это»). В-четвертых, хранилища памяти, организующие в более или менее последовательное целое прошлый сексуальный опыт [28, С. 87].

Обсуждая чью-либо сексуальность, мы обычно говорим о поведении, о том, что этот человек или группа людей делают. На самом деле гораздо важнее, но и неизмеримо труднее понять их мотивы и воображение, неполным и подчас искаженным внешним проявлением которых являются эти действия, поступки.

Поскольку пуританская мораль прошлого считала любые эротические образы и фантазии безнравственными и вредными, в сексологической литературе также господствовало мнение, что сексуальные мечты и образы –свидетельство половой неудовлетворенности; нормальные, сексуально благополучные люди якобы «об этом» не думают. Но без фантазии и творческого воображения, обгоняющего реальность, как известно, не обходится никакая человеческая деятельность. Не составляет исключения и сексуальность.

Эротические сны, мечты и фантазии – неотъемлемый аспект половой жизни. Группа взрослых американцев в течение нескольких недель по просьбе психологов наблюдала и фиксировала свои сексуальные фантазии; их количество колебалось у разных людей от 0 до 40 фантазий в день; большинство имело по 7–8 фантазий. Эротические фантазии не только замещают и восполняют дефицит практической половой жизни, как думал Фрейд, но постоянно сопутствуют ей. Люди, ведущие более интенсивную половую жизнь, отличаются и более интенсивным эротическим воображением.

Люди, воспитанные в викторианском духе, воспринимают слова «эротика» и «эротизм» как бранные выражения, обозначающие нечто «животное», низменное. На самом деле животные как раз не знают эротики и не умеют разнообразить свой сексуальный репертуар. Способность чувственно реагировать на эротические знаки и образы и сознательно создавать их, объективируя в них свою фантазию,– исключительное свойство человека, присущее ему, как свидетельствует история искусства, с древнейших времен.

Эротические образы, как показал американский психолог Донн Бирн, выполняют четыре главные функции.

  1. Отражая и фиксируя сексуально-значимые свойства и переживания, эти образы являются средством познания.
  2. Они служат своего рода афродизиаками, стимуляторами сексуального возбуждения.
  3. Они расширяют рамки и возможности сексуального удовлетворения, обогащая репертуар нашего сексуального поведения и дополняя его новыми нюансами.
  4. Эротическое воображение позволяет людям преодолевать жесткие границы реальности и испытывать переживания, которые им физически недоступны.

Эротическое воображение выражает глубинные предпочтения личности гораздо точнее, чем реальное сексуальное поведение, зависящее от множества объективных условий (общественные условности, приличия, склонности партнера и т. п.).

Поэтому сексологи всегда интересуются не только тем, что делают их клиенты, но и их эротическим воображением – о чем они мечтают во время мастурбации, что видят во сне и т. п. [417, С. 148].

Это важно и для самосознания. Если у вас есть какие-то сексуальные проблемы, напишите (для себя!) свою сексуальную историю, перечислив сначала свои действия – что, как часто и с каким эмоциональным результатом вы делали, а затем опишите свои эротические сны и фантазии – о чем вы думали, как часто и в каком эмоциональном ключе, какие образы вызывали у вас сексуальное возбуждение, интерес, любопытство, желание попробовать, или наоборот, дискомфорт, страх или отвращение. Такой инвентарь поможет вам лучше разобраться в своих переживаниях, посмотреть на себя со стороны и сделать соответствующие выводы.

Надо только иметь в виду, что эротическое воображение личности всегда значительно богаче и разнообразнее ее реального сексуального поведения, включая целый ряд запретных, осуждаемых действий.

«Тусклейший из моих к поллюции ведущих снов был в тысячу раз красочнее прелюбодеяний, которые мужественнейший гений или талантливейший импотент могли бы вообразить»,– говорит герой набоковской «Лолиты». Это подтверждают и психологические исследования.

Обнаружив у себя какие-то морально или эстетически неприемлемые сексуальные фантазии, люди часто пугаются, начинают сомневаться, насколько они «нормальны» и т. п. Однако некоторая рассогласованность воображения и поведения присутствует в любой сфере человеческой жизнедеятельности. Прежде чем выбрать нечто свое, человек сознательно и бессознательно перебирает возможные варианты, причем некоторые из этих вариантов, даже будучи отклонены, а может быть, именно вследствие этого, сохраняют эмоциональную притягательность. В сфере сексуальности однозначное самоопределение сравнительно редко; неиспробованные или подавленные с помощью рационального самоконтроля варианты сохраняются в подсознании, прорываясь в сознание в форме снов или спонтанных эротических фантазий. Чем лучше человек знает о них, тем легче ему себя контролировать или находить приемлемые для себя и для общества способы их реализации.

Сильное расхождение эротического воображения и реального сексуального поведения личности – признак психосексуалъного неблагополучия. Это значит, что человек не может, не смеет или не умеет реализовать свой сексуальный сценарий, живет не по своим правилам, чувствует себя несвободным. В одних случаях это результат общей жесткости, ригидности установок личности, неспособности к обновлению, фиксации на пройденных стадиях развития (каждый возраст имеет свой собственный сексуальный сценарий), нереалистического уровня притязаний. В других случаях налицо конфликт между эротическими предпочтениями личности и социально-культурными нормами, когда удовлетворение сексуальных запросов индивида привело бы его к столкновению с законом и общественным мнением (педофилия, эксгибиционизм и т. п.) [36, С. 28].

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

II. Сексуальность как фактор взаимоотношений мужчины и женщины

2.1. Стереотипы и реальные характеристики сексуального поведения

 

Как уже говорилось, сексология XIX и начала XX века была преимущественно сексопатологией. «Нормальное» сексуальное поведение еще не было осознано как проблематичное и требующее объяснения. К его пониманию подходили постепенно, главным образом через исследование различных аномалий.

Чтобы выйти из порочного круга, когда норма объясняется через патологию, а патология определяется по отношению к подразумеваемой норме, о которой ничего достоверного не известно, сексология должна была выйти за пределы клиники и обратиться к изучению поведения, физиологии и мотивации нормальных, обыкновенных людей в естественных условиях их жизни. Но кого и что считать нормальным? Понятие нормы в биологии и медицине многозначно [31, С. 41].

Во-первых, слово «норма» означает норматив, эталон, на который нужно равняться, оценивая по нему индивидуальное поведение; таковы, например, спортивные нормы или нормы питания. Но любые нормативы условны, имеют значение только в определенной системе отсчета и сами требуют обоснования – почему утверждается именно этот, а не другой эталон.

Во-вторых, норма – это статистически среднее, наиболее часто встречающееся, массовое в явлениях; в современной науке нормальное в статистическом смысле включает не только среднестатистическую величину, но и серию отклонений от нее в известном диапазоне.

В-третьих, норма – это некий функциональный оптимум, подразумевающий протекание всех процессов в системе с наиболее возможной слаженностью, надежностью, экономичностью и эффективностью. Функциональная норма всегда индивидуальна, и нарушение ее определяется не величиной отклонения от статистического среднего, а функциональными последствиями (один человек, съев за обедом бифштекс, страдает от несварения желудка или прибавляет в весе, а другой при таком питании остается голодным и худеет).

Кроме этих формально-методологических измерений, понятие нормы всегда подразумевает вопрос: «Норма чего?» Нормы морали, физиологии и психологии могут совпадать или не совпадать друг с другом, но это разные нормы, имеющие разные критерии и системы отсчета. Интенсивность половой жизни измеряется иначе, чем степень получаемого от нее удовлетворения и т. д.

К сожалению, как раз в рассуждениях о «нормальной» или «ненормальной» сексуальности эти понятия часто не уточняются; моральные нормы отождествляются с психическими или физиологическими, среднестатистические – с функциональными, количественные показатели с качественными и т. п. [20, С. 301].

Клиническая сексология начала XX века знала, в сущности, только понимание нормы как норматива, причем биологические показатели сплошь и рядом подгонялись под требования официальной морали. Каковы среднестатистические нормы сексуального поведения и как на самом деле ведут себя люди вне клиники, ученые понятия не имели. Для получения такой информации нужны массовые опросы населения. Первые такие опросы проводились уже в начале XX века по инициативе Хиршфельда. В России первое исследование этого типа (2150 студентов-мужчин Московского университета) было проведено в 1906 году М. А. Членовым. В 1920-х годах подобные опросы проводились уже во многих странах.

Однако подлинная революция в этом деле связана с работой американского ученого Альфреда Кинзи (1894–1956).

История ее такова. В 1938 году студентки Индианского университета попросили администрацию организовать лекционный курс для старшекурсников, готовящихся к вступлению в брак. Курс этот, включавший биологические, социально-экономические, юридические и психологические аспекты брачно-семейных отношений, был поручен семи профессорам во главе с Кинзи. Выдающийся энтомолог и автор популярного учебника биологии, Кинзи давно уже был озабочен тем, как мало известно науке о сексуальном поведении человека и как различны его нормы в разных обществах. Желая восполнить этот пробел, Кинзи вел доверительные беседы на эти темы со своими студентами, обобщая их мнения и опыт. Постепенно круг опрашиваемых расширялся, а методика опроса совершенствовалась, отлившись в форму стандартизированного интервью, охватывающего полную историю сексуальной жизни респондента (опрашиваемого).

Финансовая поддержка со стороны Междисциплинарного комитета по исследованию сексуальных проблем и фонда Рокфеллера позволила Кинзи в 1941-1946 годах взять себе нескольких помощников и расширить работу. Это было трудное дело. Как вспоминал позднее один из его сотрудников, Кинзи нужны были люди с благополучной семейной жизнью и в то же время готовые проводить много времени в разъездах по стране; люди с университетскими дипломами и докторскими степенями и вместе с тем умеющие разговаривать с представителями самых низших слоев общества; стопроцентные американцы, но начисто лишенные сексуальных предрассудков. Последнее было труднее всего.

Одному квалифицированному психологу, который хотел с ним работать, Кинзи сказал: «Я не могу вас взять, так как вы не интересуетесь этой темой».– «Почему же, очень интересуюсь»,– возразил психолог. «Взгляните на свои установки,– продолжал Кинзи.– Вы не сомневаетесь в том, что гомосексуальность — извращение, что мастурбация — признак незрелости, что внебрачные связи подрывают семью и т. д. У вас на все есть готовые ответы, вы все знаете заранее. Зачем же тогда заниматься столь трудоемкими исследованиями?»

Кинзи прекрасно понимал значение биологических и психологических

факторов сексуальности, но главной, ключевой своей задачей он считал объективное изучение сексуального поведения. Люди могут сами не знать своих мотивов или ошибаться в их объяснении. Но при надлежащем подходе человек может откровенно рассказать о своих поступках, фактах своей сексуальной биографии, вплоть до самых интимных. Кинзи мечтал собрать 100 тысяч сексуальных историй. Он успел провести около 19 тысяч интервью, каждое из которых содержало от 350 до 520 пунктов информации. Это была поистине титаническая работа. Ее итоги, изложенные в двухтомном труде «Сексуальное поведение мужчины» (1948) и «Сексуальное поведение женщины» (1953), явились подлинной революцией в сексологии, обнажив широчайший диапазон индивидуальных и социальных вариаций сексуального поведения, причем статистическая форма позволила обсуждать многие ранее запретные сюжеты.

Научный подвиг Кинзи был оплачен дорогой ценой. С самого начала его работа встречала сильнейшее противодействие реакционеров и невежд. Услышав, чем занимается Кинзи, многие коллеги перестали с ним здороваться.

Уже в 1940 году под давлением консервативной общественности ректор университета предложил Кинзи отказаться от своего исследования или от лекционного курса. Кинзи предпочел отказаться от лекций. Публикация отчетов Кинзи принесла ему всемирную славу, но одновременно вызвала публичный скандал. Ханжи негодовали, невежды зубоскалили. Американская таможня в 1950 году начала конфисковывать адресованные Институту Кинзи эротические материалы. В 1954 году на него обрушились маккартисты. По их требованию фонд Рокфеллера прекратил финансирование исследований, а публикации института были изъяты из военных библиотек. Комитет по расследованию антиамериканской деятельности, даже не выслушав Кинзи и поддерживавших его ученых, постановил, что «исследования института ненаучны, их выводы оскорбляют население и продолжение его деятельности привело бы к ослаблению американской морали и способствовало коммунистическому перевороту». Кинзи болезненно переживал эти нападки, но не прекращал работы. В 1956 году он умер от сердечного приступа.

Но остановить развитие науки было уже невозможно. Основанный Кинзи институт и сегодня носит его имя. Работы Кинзи положили начало массовым социологическим исследованиям сексуального поведения. В чем состояла их главная ценность?

«Отчеты» Кинзи обогатили науку колоссальным количеством новой информации о сексуальном поведении и его формах. Даже сегодня ни одно серьезное сексологическое исследование не обходится без сравнения полученных результатов с выводами и цифрами Кинзи.

Кроме того, они доказали возможность и необходимость количественного анализа этого сложного материала.

Хотя Кинзи формулировал свою общую задачу в нарочито объективистских, почти биологических терминах, он тщательно учитывает и взвешивает значение множества социальных факторов – уровень образования, семейное, имущественное и социальное положение, региональные особенности, религиозную принадлежность и даже степень религиозной активности респондентов. В этом отношении работа Кинзи представляется социологически более зрелой, чем многие позднейшие исследования, особенно медицинские, авторы которых, статистически анализируя тип сексуального поведения людей в свете тех или иных биологических переменных, порой не принимают в расчет социальное положение, образовательный уровень и тип культуры, на который ориентируются обследованные ими лица.

Нужно сказать, что в ходе работы развивались и собственные взгляды Кинзи. Если первый том, посвященный мужчинам, открывается довольно наивной декларацией методологического объективизма, то второй содержит четко выраженную теоретическую и социально-нравственную позицию, заостренную как против религиозного ханжества, так и против биологического редукционизма. Статистика сексуального поведения завершается детальным сравнительным анализом аномалий и физиологии мужских и женских сексуальных реакций, а также их психологических, нервных и гормональных факторов. Этот анализ не только подготовил, но во многом даже предвосхитил будущие открытия Мастерса и Джонсон.

Разумеется, труд Кинзи имел и свои слабости.

Важнейшим недостатком методики Кинзи было то, что он работал с добровольцами, которые сами хотели с ним беседовать. Его выборка не была репрезентативной (представительной) ни в социологическом, ни в психологическом плане. Среди людей, готовых подробно обсуждать свои сексуальные проблемы, как правило, много сексуально озабоченных, а также людей с повышенной (по сравнению со средней) сексуальной активностью. Поэтому, когда другие исследователи находят у своих респондентов меньше или больше проявлений того или иного сексуального поведения (например, гомосексуальных контактов), возникает вопрос, объясняется ли это тем, что Кинзи опрашивал своих испытуемых более детально, фиксируя и то, что ускользает от поверхностного взгляда, или же тем, что в его выборке шире представлены люди, склонные к девиантному поведению.

Добиваясь максимальной точности анализа, Кинзи старался строго разграничивать осознанные психосексуальные установки людей (что они думают о тех или иных формах сексуальности) и их реальное поведение. Однако разграничение мысли и поступка имеет свои пределы. Кроме того, перевод житейских понятий в операциональные, то есть допускающие количественное измерение, термины, часто сопряжен с издержками. Например, считая термин «оргазм» слишком неопределенным, Кинзи заменил его понятием outlet (выход, сток, разрядка сексуального напряжения), под которым мужчины обычно подразумевают семяизвержение. Но оргазм и эякуляция — не синонимы, одно возможно помимо другого. Есть вещи, которых массовый опрос не улавливает, а в лучшем случае служит их косвенным индикатором.

По примеру Кинзи массовые опросы о сексуальном поведении стали более или менее регулярно проводиться почти во всех индустриально развитых странах, давая ценнейшую информацию врачам-клиницистам, социологам, психологам и педагогам.

Но насколько надежны анкетные данные? Разные опросы часто дают совершенно неодинаковые результаты; например, количество людей, имеющих гомосексуальный опыт, колеблется от 1-2 до 10 и более процентов. Чему же верить?

Сексологические опросы – дело тонкое.

Прежде всего, многое зависит от характера выборки, кто именно подвергается опросу. Считается, что выборка должна быть статистически репрезентативной, представительной. Но ни одна, даже самая большая, выборка не бывает представительной во всех отношениях. Ведь надо учитывать и пол, и возраст, и образование, и социальное положение, и вид деятельности, и религиозную принадлежность, и региональные особенности. «Средние цифры» обманчивы. Например, стандартная выборка Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) включает около 400 пенсионеров и только 80 студентов. Это отражает реальную структуру населения, прежде всего — потенциальных избирателей. Но если судить по ней о сексуальной активности отдельных групп населения, получится перекос в сторону стариков и недооценка молодежи [39, С. 251].

Разные категории людей отличаются друг от друга не только по своему сексуальному опыту, но и по степени своей готовности отвечать на те или иные вопросы. Люди обычно легко отвечают на вопросы о том, как они относятся к тому или иному явлению, но как только речь заходит об их собственном сексуальном опыте, количество ответов резко, на 30–40 и более процентов, уменьшается, да и сами ответы становятся менее правдивыми. Как правило, мужчины отвечают на такие вопросы охотнее женщин; положительными факторами являются также молодость, более высокий образовательный уровень и больший сексуальный опыт.

Некоторые вопросы для массовой анкеты слишком деликатны. Все знают, что подростковая мастурбация массова, но прямой вопрос: «Когда ты начал заниматься онанизмом?» даже в анонимной анкете, подростков, особенно в России, смущает, многие предпочитают на него не отвечать, в результате анкета становится менее достоверной.

Очень важна формулировка вопроса. Специальные термины большинству людей неизвестны, а жаргонные слова вызывают протест. «Заниматься любовью», «трахаться», «заниматься сексом», «половые сношения», «половой акт» — вроде бы одно и то же, но не для всех.

Существенна и техника проведения интервью или анкеты. Мужчинам легче отвечать мужчине, женщинам — женщине. В последнее время на Западе, ради экономии средств, многие вопросы проводятся не лицом к лицу, а по телефону. Когда речь идет об относительно безличных социальных сюжетах, эта тактика себя оправдывает. С интимными вопросами все сложнее. Как вы будете обсуждать по телефону проблему супружеской неверности, если в это время рядом с вами стоит жена или ребенок? При нашей жилищной скученности и вполне оправданному недоверию к телефонной сети — кто только не подслушивает наших разговоров! – для России этот метод едва ли приемлем.

Наконец, проблема интерпретации данных. Многие сексологические опросы, проводимые медиками и педагогами, социологически безграмотны. Кроме того, хороший профессиональный опрос стоит дорого. Стоимость одного интервью в недавнем (1993) американском национальном опросе, проведенном социологами Чикагского университета, составила 450 долларов. Не удивительно, что таких исследований мало (первые массовые национальные социологические исследования сексуального поведения в Англии и во Франции были проведены только в 1992 г., в Германии их нет до сих пор) и по миру часто гуляют совершенно фантастические цифры. Например, один петербургский эпидемиолог поведал нескольким международным конференциям по борьбе со СПИДом, будто средний возраст начала половой жизни в России за последние 25 лет снизился у мужчин с 20 до 14, а у женщин — с 22 до 15 лет.

Короче говоря, верить сексологическим опросам можно только если они проводятся профессионально и достаточно систематически, причем важны не столько абсолютные цифры, сколько их порядок и динамика. Что же касается любительских опросов и газетных сенсаций, то их лучше всего игнорировать, по формуле «Всё врут календари».

 

2.2. Мужская и женская сексуальность 040515 1350 2 ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИ

Сходства и различия мужской и женской сексуальности — один из самых трудных вопросов сексологии. В нем сливается множество весьма разнородных проблем: анатомо-физиологические особенности, сексуальные реакции, сексуальное поведение и, наконец, сексуальные сценарии (мотивация, эротическое воображение, нравственно-эстетические ценности и т.д.).

С одной стороны, эти различия коренятся в законах репродуктивной биологии. С другой стороны, они неразрывно связаны с половыми ролями и стереотипами маскулинности и фемининности, которые в разных обществах могут не совпадать.

Как уже не раз подчеркивалось, человеческая сексуальность не сводится к отдельным физиологическим реакциям и автоматизмам. Более того, они сами переживаются по-разному в зависимости от наших представлений и установок. Надо прямо сказать, что в обыденном сознании существует на сей счет множество мифов [29, С. 12].

Казалось бы, что может быть проще мужской сексуальности? В отличие от женщин, у которых все спрятано в глубине тела, мужские половые органы расположены открыто, а важнейшие сексуальные реакции — эрекцию и семяизвержение — можно наблюдать визуально.

Особой стеснительностью мужчины тоже вроде бы не отличаются, секс

– любимая тема мужских разговоров. Какие уж тут тайны!

Однако многие свойства человеческой природы плохо известны именно потому, что лежат на поверхности, кажутся самоочевидными и не привлекают должного внимания. До недавнего времени наука вообще, а сексология — тем более, была исключительно мужским занятием. А интересы мужчин больше направлены на женщин, чем на самих себя. Книг и исследований о женской сексуальности гораздо больше, чем о мужской. Если гинекология почти так же стара, как медицина, то андрология — детище второй половины XX века, многие люди даже не знают этого термина.

Мужская сексуальность — предмет крайне деликатный. В общественном сознании и особенно в самосознании самих мужчин маскулинность и сексуальность — почти синонимы. Женщина может сказать о себе: «Мужики меня мало интересуют!» И никто ее за это не осудит. А если в отсутствии сексуальных интересов признается мужчина? Мы сразу же заподозрим его в том, что он импотент или, еще того хуже, гомосексуал. «Настоящий мужчина», в привычном понимании этого слова,– прежде всего хороший самец, его половая идентичность неотделима от его сексуальности, сила мужчины – прежде всего его мужская сила [31, С. 140].

Мужская сексуальность всегда была и остается предметом своеобразного культа. А где культ — там и мифы. А где мифы — там и страхи, тревоги и беспокойства: все ли у меня в порядке, настоящий ли я мужчина?

Недоразумения начинаются с анатомии. «Настоящий мужчина» из легенды обязательно обладает длинным, как штык или копье, и таким же твердым, несгибаемым половым членом. Член — главный признак мужского достоинства и силы. Это свойство и сегодня вызывает зависть, ассоциируясь с высокой сексуальной потенцией и способностью удовлетворить женщину.

По поводу размеров члена существует множество самых разнообразных мифов. Некоторые люди убеждены, что размеры члена связаны с высоким ростом и вообще более маскулинным телосложением. Другие думают, что длина члена коррелирует с размером ног, или длиной носа, или величиной ушей. Некоторые связывают ее с расовой принадлежностью, особую зависть вызывают негры. Счастливым обладателям могучих приборов приписывают особую физическую силу, смелость, спортивные достижения. Уверяют, что у них больше спермы и выше детородные потенции. Что они более сексуально возбудимы, обладают лучшей эрекцией и ведут более интенсивную половую жизнь. Наконец, что размеры очень важны для женщин. Короче говоря, для одних мужчин это предмет гордости, а для других — унижения и зависти.

В самом деле тут все индивидуально. В спокойном состоянии средняя длина члена около 9 сантиметров. Однако в состоянии эрекции более короткие члены увеличиваются сильнее длинных, так что средняя длина эрегированного члена составляет 16 сантиметров. Сексологи шутят, что эрекция — великая уравнительница. Впрочем, это вообще не так уж важно. Женские половые органы весьма пластичны, после краткого периода пробы они легко «подстраиваются» под нужный размер, так что сексуальное удовлетворение женщины зависит от размера члена гораздо меньше, чем принято думать, а часто и вовсе не зависит.

В секс-шопах продаются специальные приборы, маленькие вакуумные устройства, которые якобы «развивают» и «удлиняют» член. Это чистейший обман. С помощью таких приборов можно только мастурбировать, но и это вредно. Увеличить же длину члена нельзя никакими средствами, так как это не мышца, в нем вовсе нет мышечной ткани. Как говорит герой китайского романа «Подстилка из плоти», «никакое зелье не способно увеличить мощь оружия, хотя и помогает продлить схватку».

Как и размеры половых органов, мужская потенция весьма индивидуальна. Уровень сексуальной возбудимости и активности, нормальный для одного мужчины, будет совершенно недостаточным для другого и чрезмерным, непосильным для третьего. Различия эти чрезвычайно велики, и равняться в этом деле на какие-то среднестатистические нормы — то же самое, что пытаться обуть всех людей в обувь одного и того же, чаще всего – своего собственного размера. Житейские рассуждения об «умеренности» или «излишествах», не учитывающие индивидуальных различий, наивны и смехотворны.

Да и только ли в физиологии дело? Сексологи шутят, что мужской «прибор» – самый ленивый (сравните, сколько времени он работает по сравнению с сердцем, печенью или легкими!) и вдобавок самый капризный орган нашего тела. Как часто он хочет того, чего не хочет его хозяин, и наоборот! Недаром он часто персонифицируется, наделяется собственным именем и т. д. Представление, будто он «всегда стоит», верно только для периода подростковой гиперсексуальности, где-то между 14 и 18 годами, когда мальчиков обуревают и нередко вгоняют в краску, так как происходят в самых неподходящих для этого обстоятельствах, сильные, непроизвольные и длительные эрекции. У взрослых мужчин эрекции становятся более избирательными. К тому же эрекция, половое возбуждение и сексуальное желание – вовсе не одно и то же.

Мужчина не только не всегда может, но и не всегда хочет. В отличие от мальчика-подростка, которого мучает, с одной стороны, гиперсексуальность, а с другой – сомнение в своей маскулинности, взрослому мужчине не требуются рекорды, но он боится быть неправильно понятым. Женщина, отказывающая мужчине, только приобретает уважение. Отказ со стороны мужчины воспринимается как знак его несостоятельности или как личное оскорбление. Мужчина — пленник стереотипных представлений о собственной силе, причем это не ограничивается его сексуальными возможностями, но распространяется на всю сферу взаимоотношений между полами.

Коммуникативные трудности существуют у мужчин не только в сфере вербального (словесного) общения, но и в телесных контактах. Прикосновение, телесная ласка — важнейший способ передачи любых эмоциональных состояний. Но в мальчишеских компаниях «телячьи нежности» запретны, допускаются только грубые толчки и силовая возня. Тем более что в период подростковой гиперсексуальности любые телесные контакты способны вызвать эрекцию и восприниматься как сексуально-эротические, гомосексуальные [18, С. 29].

Девочки-подростки тщательно и всесторонне изучают собственное тело. Мальчики этого стесняются, поэтому они гораздо хуже знают его возможности. Исключение составляют спортсмены, но они исследуют свое тело не с точки зрения эмоциональных реакций, а скорее функционально. Сведение телесного самопознания к мастурбации способствует формированию представления, что любой телесный контакт имеет только сексуально-эротический смысл, как подготовка полового акта. Это суживает границы мужских эмоциональных переживаний и мешает мужчине оценить гораздо более богатый их диапазон у женщин.

Как уже отмечалось, при всех межкультурных различиях мужской стиль жизни выглядит скорее предметно-инструментальным, тогда как женщина воплощает эмоционально-экспрессивное начало. Мужчину оценивают преимущественно по результатам его трудовой и общественной деятельности, как воина, добытчика, организатора, в женщине же больше ценятся нежность, заботливость, эмоциональные качества, помогающие преодолевать и улаживать конфликты. Эти критерии определяют и их самооценки, в том числе – в сфере сексуальности [21, С. 89].

В мужском сексуальном сценарии «секс» — не столько удовольствие, порой запретное и стыдное (например, при мастурбации), сколько работа, которая обязательно требует успеха, завершения, достижения чего-то (например, оргазма). Мужское тело – своего рода «сексуальная машина», которая оценивается по ее работоспособности и эффективности.

На первый план при этом выдвигаются количественные показатели, пресловутый «вал» – число женщин и количество сношений. Как уже говорилось, повышенная экстенсивность мужской сексуальности отчасти обусловлена биологически. Но, как и в сфере материального производства, в сексуальной жизни «больше» – необязательно «лучше». Количество сексуальных партнеров и контактов далеко не всегда переходит в качество и приносит высокую сексуальную удовлетворенность. Иногда наблюдается даже обратное.

Даже на чисто физиологическом, репродуктивном уровне мужская сила нередко оборачивается слабостью. Поскольку самец производит значительно больше спермы, чем самка — яиц, его половые клетки делятся быстрее и чаще. Но каждое новое деление клетки порождает возможность каких-то незначительных нарушений, мутаций. С возрастом этот риск увеличивается, поэтому дети более старших отцов чаще страдают генетическими нарушениями. Так что лучше зачинать детей, пока вы молоды, хотя старший мужчина психологически лучше подготовлен к выполнению роли отца.

Количество, консистенция, цвет, вкус, запах и другие свойства спермы неодинаковы не только у разных мужчин, но и у одного и того же мужчины они варьируются в зависимости от множества условий, включая рацион питания.

Между прочим, качество спермы ухудшается в условиях стресса. Понижение уровня тестостерона и ухудшение качества семени часто наблюдается в боевой обстановке, при напряженной деловой активности, у приговоренных к смерти и долгое время ожидающих казни. Итальянские эндокринологи, изучавшие в течение года десятерых мужчин из бесплодных пар, где партнерша подвергалась лечению, нашли, что хотя связанный с этим стресс не влияет на сексуальное поведение мужчин (эротическое воображение, субъективную оценку качества эрекции, частоту утренних эрекций, еженедельную частоту сношений, сексуальную удовлетворенность, длительность и качество семяизвержения), он уменьшает количество, плотность и подвижность спермы. Это значит, что при лечении бесплодия у женщины, нельзя забывать и о состоянии мужа. Не замеченный вовремя стресс может, даже при полном физическом здоровье, сделать мужчину неспособным к оплодотворению.

Вследствие инструментальности и соревновательности своего стиля жизни многие мужчины не доверяют собственным переживаниям, им нужны объективные подтверждения своей сексуальной «эффективности».

Самое весомое подтверждение своей маскулинности мужчина получает

от женщины. Именно поэтому так важен для мальчика его первый сексуальный опыт. Да и взрослые мужчины изменяют женам и заводят случайные связи не только и не столько из сексуальных потребностей и жажды разнообразия, сколько ради самоутверждения: я не хуже других, я еще не стар, я могу…

Но мужчина, стремящийся прежде всего доказать свою силу, невольно превращает интимную близость в своего рода экзамен. И часто он «проваливается» на этом экзамене именно потому, что не чувствует себя достаточно свободно и раскованно. Одно из самых распространенных мужских сексуальных расстройств – так называемая «исполнительская тревожность», сомнение в своем «мастерстве» [13, С. 28].В последние десятилетия этот синдром, похожий на те трудности, которые порой испытывают актеры, встречается значительно чаще. Почему?

Традиционная модель сексуального поведения склонна приписывать всю активность в этом деле, начиная с ухаживания и кончая техникой полового акта, мужчине, оставляя женщине пассивную роль объекта. Мужчина – скрипач, а женщина – скрипка, из которой он благодаря своему таланту и мастерству, с помощью своего длинного и могучего смычка извлекает чарующие звуки.

Строго говоря, эта модель никогда не соответствовала действительности — отношения полов в постели, как и в других сферах жизни, всегда были скорее партнерскими, хотя часто неравноправными. Но в обществах, где безраздельно господствовал двойной стандарт и женская невинность до брака тщательно оберегалась, в этой модели все-таки был некоторый смысл. Свой первый сексуальный опыт мальчики обычно приобретали с проститутками или с женщинами значительно старше себя; положение «ученика» в подобных ситуациях не роняло их мужского достоинства. А своих целомудренных жен они всему учили сами, не опасаясь конкуренции и нежелательных сравнений с кем-то другим.

Сегодня первый сексуальный опыт подавляющее большинство юношей

приобретают со сверстницами (доля проституток в этом деле составляет в США и в Западной Европе меньше 3 процентов). При опросе в 1995 г. 16–19-летних юношей и девушек в Москве, Новгороде, Борисоглебске и Ельце, выяснилось, что у юношей первым сексуальным партнером большей частью бывает сверстница или девушка на год старше или моложе, девушки же чаще начинают с более старшими партнерами. У трех четвертей девушек и у половины юношей первый сексуальный партнер уже имел какой-то сексуальный опыт.

Но если партнеры одинаково неопытны, у них нередко возникают трудности, причем далеко не все молодые супруги догадываются сразу же обратиться за помощью к врачу. Кроме того, молодому мужчине стыдно признаться в своей неискушенности. Это делает его, с одной стороны, агрессивным, а с другой — неуверенным в себе. Либерализация половой морали облегчает положение юношей в том смысле, что им легче добиться сексуальной близости с девушкой. Но партнерские отношения психологически намного сложнее субъектно-объектных. Они часто становятся откровенно соревновательными.

Для застенчивых мужчин и для мужчин, воспитанных в духе идеологии мужского господства, это невыносимо. Мысль о возможной сексуальной опытности женщины вызывает у них панический ужас: «Я не могу спать с женщиной, которая сексуально опытнее меня», «Я хочу жениться на девушке не потому, что она чиста, а потому, что она не имеет опыта».

Мужская забота о женском целомудрии на самом деле весьма эгоистична, решающую роль в ней всегда играли мотивы поддержания власти, в том числе сексуального господства над женщиной. Ослабление и утрату этой власти многие мужчины переживают как демаскулинизацию, отражением чего является увеличение числа жалоб на психическую импотенцию.

Мужское сексуальное мышление в высшей степени эгоцентрично [19, С. 70]. Естественная кульминация интимной близости для мужчины — интромиссия, введение члена во влагалище и семяизвержение. Все «остальное» — предварительные ласки, нежность, следующая за соитием,- кажется необязательным, факультативным, без чего можно и обойтись. В основе представления о сексе как о непрерывном нарастании полового возбуждения, которое непременно должно завершиться семяизвержением, лежит, в сущности, опыт подростковой мастурбации — скорей, скорей! Любовные радости такого мужчины ограничиваются его физиологическими возможностями, которые с возрастом неизбежно уменьшаются. А вместе с ними снижается не только частота, но и длительность супружеских ласк. По словам американского сексотерапевта Гарри Голдберга, мужчины старше 40 лет расходуют на секс меньше времени, чем на бритье.

Так, может быть, женщинам легче? Нет. Мы видели выше, что и женские образы, и женская сексуальность описываются в разных культурах противоречиво. С одной стороны, им приписывается асексуальность, равнодушие и даже отвращение к половой жизни, а с другой — безграничная похоть, соблазн и неверность. По остроумному выражению одного писателя, женское целомудрие – величайшее изобретение мужчины.

Женская сексуальность «открыта», в сущности, только в XX веке. Сделали это открытие сами женщины. Рост социальной активности и самосознания женщин необходимо включает в себя их ресексуализацию, признание права на сексуальность и способность наслаждаться ею. Речь идет не просто о феминистских лозунгах, а о реальных массовых сдвигах в женском сексуальном поведении.

Хотя девочки всегда созревали раньше мальчиков, они начинали половую жизнь значительно, на 5–6 лет, позже своих ровесников. Сегодня эти различия сильно уменьшились, кое-где выровнялись, так что средний возраст начала половой жизни у юношей и девушек один и тот же, а нередко девушки опережают в этом юношей. В России мальчики по-прежнему опережают девочек. Существенно сблизились установки обоих полов относительно допустимости добрачных связей и длительньгх небрачных сожительств. Растет женская сексуальная активность и инициатива в супружеских отношениях, современные женщины проявляют больше интереса к эротическим материалам.

Может быть, женская сексуальность просто переориентируется на мужские образцы и нормы? Такая тенденция реально существует, но ее не следует переоценивать. Некоторые различия в этом деле сохраняются и сегодня.

Какую бы культурную среду мы ни взяли, мужская сексуальность выглядит в общем более агрессивной, напористой, возбудимой и несдержанной, чем женская. Сексуальная жизнь большинства мужчин экстенсивнее, чем женщин; у них больше число и выше сменяемость сексуальных партнеров (хотя в последние десятилетия эта разница заметно уменьшилась).

Большая экстенсивность мужской сексуальности означает меньшую эмоциональную вовлеченность и психологическую интимность. Перечисляя возможные и реальные мотивы вступления в половую связь, мужчины значительно чаще называют безличные, не связанные с конкретным партнером, «сексуальные потребности». Например, отвечая на вопрос анкеты С. И. Голода, что их удерживает от вступления в добрачную связь, молодые ленинградки в 1960-х годах ставили на первое место (34,5 процента) моральные соображения, на второе (34,1 процента) –отсутствие половой потребности, на третье – (11,6 процента) – страх перед последствиями; у мужчин на первом месте (48,5 процента) было отсутствие случая, на втором (24,4 процента) – моральные соображения, на третьем (8,1 процента) – боязнь заражения.

Раньше различия мужской и женской сексуальности описывали главным образом количественно и объясняли биологически. Например, тем, что сексуальное желание и активность зависят от тестостерона, содержание которого в крови мужчин в несколько раз выше, чем у женщин. Сейчас внимание ученых привлекают более тонкие качественные различия [39, С. 81].

Возьмем, например, эротические стимулы и образы. Давно известно,

что мужчин больше возбуждают зрительные образы, тогда как у женщин лучше развито обоняние. Запахи мужского тела не только сексуально возбуждают женщин, но и способствуют нормальному функционированию женского организма. Некоторые нарушения женского менструального цикла устраняются в результате вдыхания через нос запаха мужских подмышечных выделений.

Однако представление, будто женщины вообще не реагируют на визуальные стимулы, не соответствует истине. Правда, женские реакции слабее мужских: вид обнаженного человека противоположного пола вызывает сексуальное возбуждение у четырех пятых мужчин и лишь у четверти женщин. Но разница эта является скорее качественной, нежели количественной: возбуждение женщин отчасти зависит от наличия у них сексуального опыта, а также от характера эротических материалов: грубая, примитивная порнография, которая импонирует мужчинам, у многих женщин вызывает нравственный и эстетический протест.

Женщины, как и мужчины, видят эротические сновидения (из 500 женщин, опрошенных 3. В. Рожановской, их наличие признали 240, причем у 111 они сопровождались оргазмом) и имеют эротические фантазии. Но содержание мужских и женских фантазий различно, поскольку эротическое воображение тесно связано с дифференциацией половых и сексуальных ролей. Например, в сексуальных фантазиях студентов – мужчин Мичиганского университета преобладали грубые сцены с чрезвычайно сексуальными, но не особенно эмоциональными персонажами; эротические фантазии студенток были более разнообразны и эмоционально окрашены.

В другой серии экспериментов студенты прослушивали звукозапись нескольких рассказов, из которых одни были грубо-эротическими, другие –романтическими (объяснение в любви, без телесной близости), а третьи – эротико-романтическими, включавшими как сексуальные, так и любовные компоненты. Помимо того, что испытуемые рассказывали о своей реакции, их половое возбуждение фиксировалось объективно, с помощью специальных приборов. Наиболее возбуждающими как для мужчин, так и для женщин оказались эротические и эротико-романтические сюжеты; эротические сцены возбуждали женщин даже сильнее, чем мужчин, а чисто романтические, любовные не возбуждали никого.

Самыми возбуждающими для обоих полов были сцены, в которых активная роль приписывалась женщине (видимо, потому что это нарушает привычный порядок вещей). Однако многие женщины недооценивали степень своего реального физиологического возбуждения (мужчинам оценить уровень своей эрекции гораздо проще).

Известно, что сексуальная активность женщин неодинакова на разных стадиях менструального цикла, причем это предположительно связано с уровнем секреции эстрогенов. Однако экспериментальные данные об этом противоречивы. Кроме того повышение или понижение сексуальной активности женщины может зависеть не только от ее гормональных процессов, но и от многих других обстоятельств, например, от желания супруга или наличия условий.

Чтобы проверить это, американские ученые (Дольф Зиммерман и др.) обследовали, на какой стадии менструального цикла молодые женщины больше интересуются и сильнее реагируют на просмотр эротических фильмов. Оказалось, что наибольший эротический интерес женщины проявили в постменструальный период. Заметно повышается он также непосредственно перед и во время месячных. Напротив, в первые 7 дней второй половины цикла интерес к эротике снижается. Так что женское

либидо, как и мужское, зависит от гормональных процессов.

Не столь уж «травматичны» и первые менструации (менархе). Хотя большинство девочек испытывает в это время какие-то неприятные переживания, это зависит не только от физиологических процессов, но и от их восприятия и оценки. Девочки-подростки, которые заранее психологически подготовлены к этому событию, воспринимают его просто как временную неприятность, которая вполне компенсируется чувством удовлетворения от вступления в новый, многообещающий этап развития. Требуется только своевременное и правильное половое просвещение.

Протекание беременности также во многом зависит от социальных условий [48, С. 327].

Общепсихологические, личностные факторы решающим образом

влияют и на природу женского оргазма.

В прошлом веке женская сексуальная холодность считалась не только биологически нормальной, но и высоко нравственной, и эта установка действовала как самореализующийся прогноз. Позже аноргазмию выводили из общих законов эволюционной биологии или из органических, конституциональных черт. Практическим выводом этих теорий было: если вы не получаете от сексуальной жизни удовольствия — значит, такова ваша судьба. Но хотя ни общие законы биологии, ни женские конституциональные типы не изменились, доля женщин, регулярно испытывающих оргазм, в последние десятилетия значительно выросла и продолжает расти. Больше того, за исключением некоторых особых случаев, аноргазмию сегодня успешно вылечивают.

Правда, многие женщины начинают испытывать оргазм не сразу, при первом же сношении, а по прошествии некоторого, иногда довольно длительного, времени. Но это объясняется не более поздним созреванием женских эротических реакций, как считали раньше, а необходимостью приобрести определенный сексуальный опыт, освоить тайны собственного тела, включая его эротические реакции, освободиться от внутренних эмоциональных запретов, мыслей о греховности или постыдности плотских отношений. Недаром кривые роста сексуальной реактивности женщин по поколениям значительно больше зависят от среднего возраста начала половой жизни, чем от сроков полового созревания (возраст менархе).

Тем не менее женский оргазм как физиологически, так и психологически сложнее мужского.

Процесс полового возбуждения и его разрядки протекает у женщин разнообразнее и индивидуальное, чем у мужчин.

В половом акте мужчина в среднем достигает оргазма быстрее, чем женщина, но в других ситуациях (например, при мастурбации) это правило не действует. Считается, что женский оргазм в среднем продолжительнее мужского, но субъективные самоотчеты и объективные замеры в этом вопросе сильно расходятся. Вообще сила и частота мышечных сокращений при оргазме и интенсивность субъективно испытываемых при этом чувств у женщин, как и мужчин, по-видимому, не совпадают.

Однако эмоциональные реакции и психофизиологическая локализация эротических ощущений у женщин разнообразнее, чем у мужчин. Женщина гораздо более четко, чем мужчины, различают оргазм, достигаемый при мастурбации и при половом акте. Они лучше знают свое тело и умеют выражать свои эмоциональные переживания в словах.

В отличие от мужчин, которым в большинстве случаев нужен рефракторный период, женщины способны к многократному оргазму: сразу же после одного оргазма они могут достичь другого. Это либо состояние, когда несколько оргазмов следуют друг за другом, минуя стадию плато, практически непрерывно, с интервалами в одну-две минуты или даже несколько секунд, без дополнительного сексуального стимулирования, либо серия последовательных оргазмических реакций в результате дополнительной стимуляции половых органов через каждые несколько минут.

Многие женщины получают большую часть, а то и все свои эротические ощущения, от раздражения клитора. Для других важнее стимулирование влагалища. На этой основе Фрейд разграничил «клиторальный» и «вагинальный» оргазм, предположив, что женщины, эротическая чувствительность которых сосредоточена исключительно в клиторе, являются сексуально «незрелыми». Мастерс и Джонсон на основе физиологических измерений пришли к выводу, что отдельного «вагинального» оргазма не существует[33,С.41] Однако все исследования, измерявшие психологические реакции женщин, показывают, что здесь есть большие индивидуальные различия.

Надо признать, что физиология женского оргазма все еще изучена недостаточно, мы многого здесь не знаем.

Оргазм — явление не физиологическое, а психическое. Локализовать его в какой-то отдельной точке тела или группе мускулов половых органов невозможно. А уподоблять женщину компьютеру (нажмешь кнопку — получишь сексуальную реакцию) не только безнравственно, но и глупо.

Женские сексуальные реакции еще сильнее мужских зависят от общепсихологических, прежде всего — эмоциональных факторов. В числе причин, сковывающих женскую сексуальность ученые называют антисексуальные установки, пуританское воспитание в детстве, отсутствие своевременного полового просвещения, примитивную сексуальную технику партнера не уделяющего должного внимания любовным ласкам. Американский психолог Сеймур Фишер, обследовавший 300 женщин считает что сексуальная реактивность женщины зависит прежде всего от ее общей эмоциональной раскованности и реактивности. По его мнению, испытывать оргазм женщине больше всего мешает опасение, что она не может положиться на любимого человека, страх потерять его; источник этой тревоги, возможно, коренится в детских переживаниях.

Получаемое женщиной сексуальное удовлетворение гораздо больше, чем у мужчин, зависит от таких психологических обстоятельств, как чувство нежности и любви к партнеру, ощущение близости к нему, удовлетворение от телесной открытости, радость сознания, что она является предметом восхищения, удовлетворение собственной сексуальной компетентностью и т. д.

Не случайно для женщины так важны слова, уверения в любви, которые многим мужчинам кажутся лишними. Близкая подруга Марины Цветаевой Софья Евгеньевна Голлидэй (ей посвящена «Повесть о Сонечке») рассказывала о своем возлюбленном: «Ему легче гору поднять, чем сказать это слово. Потому что ему нечем его поддержать, а у меня за горою – еще гора, и еще гора, и еще гора…– целые Гималаи любви, Марина! Вы замечаете, Марина, как все они, даже самые целующие, даже самые как будто любящие, боятся сказать это слово, как они его никогда не говорят?! Мне один объяснял, что это… отстало, что: зачем слова, когда – дела? (То есть поцелуи и так далее.) А я ему: «Э-э! Нет! Дело еще ничего не доказывает, а слово – все». Мне ведь только этого от человека нужно: люблю, и больше ничего, пусть потом что угодно делают, как угодно не любят, я делам не поверю, потому что слово было. Я только этим словом кормилась, Марина, потому так и отощала. О, какие они скупые, расчетливые, опасливые, Марина! Мне всегда хочется сказать: «Ты только –скажи, я проверять не буду». Но не говорят, потому что думают, что это –жениться, связаться, не развязаться».

Серьезного внимания заслуживает и ряд психологических факторов женской сексуальности, выходящих за пределы партнерских отношений. Работающие женщины, особенно занятые умственным трудом, отличаются более высокой сексуальной реактивностью, ведут активную половую жизнь и получают от нее большее удовольствие, чем домохозяйки. Вообще степень сексуальной удовлетворенности женщин статистически связана с их социальной активностью, а также наличием любимой профессии (у мужчин такой зависимости не обнаружено), интеллектуальных, спортивных и иных увлечений, общительностью и жизнерадостностью. [51, С. 88 ]

К сожалению, причинная связь этих факторов – влияние активного и творческого стиля жизни на сексуальность – совершенно не изучена, хотя это весьма важно для понимания природы женской сексуальности и ее изменений в результате эмансипации женщин и их вовлечения в трудовую и общественную жизнь.

Подведем некоторые итоги. Хотя между мужской и женской сексуальностью есть существенные различия, эти различия относительны и связаны не только и не столько с биологией, сколько с культурой. Их можно не только учитывать, но и корректировать.

Но для этого нужны психологическая и сексуальная культура и отказ от слишком жестких и упрощенных полоролевых стереотипов. И то и другое у нас, увы, в дефиците.

Ломка полоролевых предписаний и стереотипов трудна для обоих полов. Если многие мужчины продолжают ориентироваться на одномерный, примитивный и во многом нереалистический образец, то у женщин даже нормативные предписания противоречивы. Мы ждем, чтобы каждая женщина была эффективным работником и одновременно идеальной женой и матерью. Чтобы она не уступала мужчине в интеллекте и в то же время не брезговала штопать его носки. А когда это противоречие обнаруживается, то вместо того, чтобы предоставить женщине право выбора в соответствии с ее индивидуальностью, мы снова навязываем ей обязательный эталон, что она должна предпочитать. «Мы» лучше знаем, какой должна быть женщина. Кто эти «мы»? Мужчины? Общество? Начальники? Ученые?

В любовно-эротических отношениях существует та же двойственность, что и в социальной сфере. Хотя двойной стандарт признается несправедливым, он тем не менее существует [19, С. 39]

 

Двойной стандарт сохраняется и в постели. Зарубежные исследования показывают, что большинство (60 процентов) мужчин сильнее всего раздражает в женщинах сексуальная холодность, отсутствие интереса, они хотели бы видеть своих подруг более предприимчивыми и активными.

Однако других мужчин женская инициатива, наоборот, отталкивает и пугает. Недостаток откровенности в обсуждении интимных желаний (даже в супружестве) в сочетании с дремучим сексуальным невежеством приводит иногда к трагикомическим результатам.

Как ни существенны различия мужской и женской сексуальности, их не следует абсолютизировать. Человек становится и чувствует себя мужчиной только в своих отношениях с женщиной, и наоборот. Сексуальность — лишь аспект этих сложных многогранных и изменчивых отношений.

 

2.3. Сексуальность и любовь в отношениях

 

 

Ребенок начинает познавать сексуальные и любовные отношения между людьми в раннем подростковом возрасте, когда у мальчиков и девочек формируются необходимые навыки социального общения в процессе групповой деятельности, от выходов на прогулки до танцев, участия в вечеринках или совместных походах в кино. Для большинства подростков все это служит подготовкой к установлению более «серьезных» взаимоотношений, которые в последующем принимают форму гетеросексуального общения пар (поведение подростков с гомосексуальной ориентацией будет обсуждаться в этом же разделе несколько ниже). Вообще говоря, степень эмоциональной близости и сексуальной интимности в процессе таких взаимоотношений усиливается по мере взросления подростков и приобретения ими соответствующего опыта. Большинство из них проходит через целую серию такого рода романтических отношений на протяжении рассматриваемого периода. Они могут быть весьма разнообразными по форме: в некоторых случаях наступает самая настоящая влюбленность, приводящая к половой близости уже в 13- и 14-летнем возрасте, хотя чаще сексуальное экспериментирование завершается половым актом лишь в позднем подростковом возрасте. Известны, однако, примеры половой активности подростков в отсутствие любовного чувства. Хотя в настоящее время лишь немногие мальчики-подростки получают первый сексуальный опыт от проституток (в отличие от относительно высокой частоты такого пути потери невинности в 1940-х годах, выявленной Кинзи), довольно часто это происходит «от нечего делать», без всякой романтической подоплеки или еще хуже – в состоянии наркотического опьянения.

Несмотря на то, что на протяжении последних 25 лет сильно изменились старые строгие «правила», устанавливавшие общепризнанные (и разные) нормы полового поведения для мужчин и женщин, секс в большинстве случаев продолжает оставаться для мальчиков-подростков способом самоутверждения и демонстрации превосходства, тогда как для их сверстниц наибольшее значение имеет возможность привлечь внимание, стать объектом ухаживания, наладить интимные отношения. Самое примечательное состоит, однако, в том, что большинство подростков в наше время отбросило устаревший «двойной стандарт», приветствовавший сексуальное экспериментирование мужчинами, но настаивавший на необходимости сохранения девственности молодыми девушками. Теперь популярнее более эгалитарный стандарт.

Важной стороной развития в середине и конце подросткового периода служит изучение правил и приобретение навыков сексуального общения, будь то любовная связь или другая форма социальных взаимоотношений. При этом подростки узнают пределы дозволенного, учатся выражать сексуальные переживания словами и иными способами, избегать недоразумений (не создавать впечатление кокетки для девушек и не выглядеть слишком агрессивным или нечутким для мальчиков), показывать партнеру, что тебе нравится и что не нравится. Опыт и уверенность, которые приобретаются подростками в процессе такого сексуального общения, чрезвычайно важны во взрослой жизни. Так, девушка, которая будучи подростком, научилась говорить «нет» слишком настойчивому ухажеру или тактично освобождаться от парня, «распускающего руки» на вечеринке, когда она не хочет этого, повзрослев, будет чувствовать себя увереннее в более серьезных ситуациях. Подростки, пережившие неудачу при сексуальном общении, в будущем станут с осторожностью вступать в близкие отношения, что лишит их непосредственности и беззаботности.

Формирование индивидуальной системы сексуальных ценностей происходит параллельно с поисками самого себя и представляет собой важный аспект развития подростка. Отвечая на вопрос: «Что я из себя представляю?», подросток одновременно ищет ответы и на такие вопросы: «Каковы мои взгляды?», «Во что я верю?», «Кого я должен избрать в качестве образца для подражания?» Подросток может, например, избрать в качестве общей линии поведения честность или, напротив, решить, что обман позволителен, если помогает добиться того, чего хочется. Точно так же, подросток может оказаться перед выбором считать секс способом выражения симпатии, удобной возможностью удовлетворить сексуальное желание или чем-то, что лучше отложить до прихода любви. Выбор приходится делать отнюдь не в вакууме, моральном или интеллектуальном. В конечном счете, он несомненно зависит от семейных и религиозных ценностей, а также от того, каких взглядов на эту проблему придерживаются близкие и друзья подростка [21, С. 99].

 

Психологические основы сексуальности

 040515 1350 3 ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИ040515 1350 4 ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИВ соответствии с экологической моделью проявления сексуальности являются вектором процессов научения и всего комплекса биофизиологических процессов, происходящих в организме. Из этой модели следует, что не только формы сексуального поведения, но и мотивация и само сексуальное влечение зависят от биологических, психосоциальных и культурных факторов. Кроме различных способов научения (идентификация, подражание, импринтинг и т. д.), на формирование различных по своей сущности реакций и форм сексуального поведения влияет вся личность человека, особенно степень его развития и зрелости. Большую роль играет также процесс интернализации (усвоения) норм, взглядов и особенностей поведения, которые хотя и приобретаются в процессе онтогенеза и перенимаются от окружающих, все же со временем перестают осознаваться как таковые и воспринимаются личностью как собственные.

 

Личностные факторы

Постоянное нарастание значения субъективных факторов для дальнейшего социального развития человека обусловило особое внимание к вопросам, связанным с формированием личности. Рассматривая это в плане онтогенеза, можно сказать, что личность человека развивается в условиях конкретной социальной активности, подчиняющейся общественным детерминантам.

Степень зрелости или незрелости личности является одним из основных элементов, формирующим и модифицирующим все проявления сексуальности. Нарушения ряда свойств личности, характеризующих ее как незрелую, включает:

  • Регуляцию поведения не на основе самоконтроля, а посредством системы внешнего контроля (в частности, это свидетельствует о низком уровне интернализации социальных норм);
  • Слабо выраженную способность к переживанию чувства вины при сохраненной тенденции к переживанию чувства стыда, несправедливости;
  • Недостаточность моральных качеств, проявляющуюся отсутствием автономной и интегрированной иерархии ценностей, а также зависимость решений и выбора от признаваемых авторитетов;
  • Трудность создания положительных и устойчивых эмоциональных связей с людьми;
  • Сильную потребность в межличностных отношениях;
  • Невозможность создать объективную и стабильную картину окружающего мира и собственной личности.

Неспособность к объективной самооценке приводит к отсутствию стабильности поведения и к несогласованности с действительностью представления о самом себе, вследствие чего нарушается один из важнейших механизмов личности (интегрирующий и регулирующий). Кроме того, преобладание эгоцентрического типа регуляции личности выражается в слишком большом расхождении между «Я» идеальным и «Я» реальным, в неустойчивости настроения и концентрации всех чувств на собственной личности. Все перечисленные выше черты незрелой личности могут быть выражены в различной степени и модифицировать всю сексуальную активность человека.

Сексуальное поведение изменяется также под влиянием стрессов, которым подвергается человек. Стресс вызывает:

  • Нарушение и дезорганизацию деятельности;
  • Крайне эмоциональное поведение (человек не владеет собой, поддается гневу, отчаянию или ужасу), в связи с чем появляются признаки нарушения ориентации в окружающем, затруднение концентрации внимания, нарушение связности мышления;
  • Снижение контроля над собственными реакциями и поведением;
  • Утрата логичности в поступках;
  • Попытки овладеть ситуацией и справиться с задачами на основе примитивного метода проб и ошибок; дезинтеграция активности, несмотря на значительные усилия организма, не приводит к желаемым результатам.

Формы сексуального поведения являются не изолированной функцией половых органов, а следствием деятельности личности. Они глубоко и тесно связаны с особенностями характера, познавательными способностями, волевыми решениями и всем комплексом партнерских факторов. Без этих связей сексуальная активность была бы лишена колорита и глубины индивидуальных переживаний, превращающих ее в более широкое явление, чем только актуальное чувство релаксации и наслаждения. Эти соображения заставляют задуматься над тем, в какой мере и каким образом структура личности влияет на сексуальное поведение, на силу влечения, потенции и сексуальной возбудимости, на способность к сексуальному возбуждению и его интенсивность, на возможность переживать оргазм и на формирование

сексуального партнерства.

Предлагается типологию личности, в которой различия между отдельными типами основаны на особенностях, коррелирующих между собой. Лица, относящиеся к типу «Э» (от «экстраверсия»), характеризуются общительностью, импульсивностью, активностью, беззаботностью, радостным настроением и уравновешенностью в жизни. У них всегда много друзей противоположного пола, они рано начинают половую жизнь, легко, без внутренних конфликтов находят оправдание двойной морали, охотно принимают участие в групповых сексуальных развлечениях.

Лица, относящиеся к типу «Н» (от «невротизм»), характеризуются яркой, но лабильной эмоциональностью, легко поддаются настроению, страдают бессоницей, нервны, раздражительны и испытывают чувство собственной неполноценности. У них всегда много сексуальных проблем, они их пугают, им трудно устанавливать контакты с лицами противоположенного пола, часто у них проявляются сексуальные дисфункции (отсутствие оргазма у женщин, эрекций у мужчин).

Лица относящиеся к типу «П» (от «психотизм»), часто изолированы в обществе, конфликтны, бесчувственны по отношению к окружающим людям и животным. Они предпочитают сексуальность «безличную», отвергают супружество и сексуальную абстиненцию, враждебны как романтическим установкам, так и общепринятым моральным взглядам и правилам поведения.

Лица относящиеся к типу «Л» (лжецы), пытаются представить себя лучше, чем они есть на самом деле. В обществе они всегда хорошо адаптируются, терпимы только к тем формам сексуального поведения, которые приняты в обществе.

На самом деле в чистом виде указанные выше типы встречаются редко. У всех типов связь между установкой в отношении сексуальности и личностью одинакова у обеих полов. Кроме того, существует определенная зависимость между уровнем андрогенов и сексуальным поведением, характерным для личностного типа «П».

 

Процесс обучения

Процесс обучения является основным, хотя и не единственным, элементом, формирующим чувство половой принадлежности, половую роль, сексуальные предпочтения и формы поведения, а также выраженность сексуальной мотивации.

В соответствии с экологической моделью сексуальности не только сексуальная заинтересованность и формы сексуального поведения основаны на процессах обучения, но и выраженность сексуальной мотивации. При этом речь идет о фактической регуляции интенсивности сексуального влечения, а не только о внешних влияниях, направленных на торможение проявлений сексуальной активности, определяющейся процессом социализации, т. е. подверженностью социальной регуляции и контролю. Согласно Schmidt , социальная регуляция интенсивности сексуального влечения может осуществляться по трем направлениям: лишение возможности обучения; увеличение возможностей обучения; снижение влечения с одновременным требованием высокосексуальной активности.

Таким образом, социальная регуляция интенсивности сексуального влечения представляет собой спекулятивную тройную модель контроля

сексуальности, осуществляемого обществом.

Первая модель основана на лишении возможности обучения. Можно представить себе общество, которое систематически и с ранних лет лишает своих членов возможности сексуального обучения, вследствие чего вырастают люди с низким уровнем сексуального влечения, обусловленного исключительно биологическими факторами. Следствием подобного процесса социализации явилось бы развитие лиц с низким уровнем полового влечения, проявляющих низкую сексуальную активность и минимальные сексуальные фрустации.

Вторая модель, основана на развитии возможностей обучения. В связи с этим можно представить себе общество, которое всем своим членам, начиная с раннего возраста, систематически представляет различные возможности обучения, благодаря чему происходит максимальное развитие сексуального влечения. Это проявилось бы, в частности, в восприятии, позитивной оценке и рекомендации различных форм сексуального поведения во всех возрастных группах. Если бы одновременно такое общество представляло возможности для развития сильных личностей, то создались бы предпосылки для появления свободной сексуальности.

В соответствии с третьей моделью социальной регуляции сексуальности можно также представить общество, которое лишает своих членов возможности обучения и обусловливает тем самым низкий уровень сексуального влечения, но одновременно требует высокой сексуальной активности, пропагандируя ее как символ высокого положения и гарантии счастья. В таком обществе люди стали бы «тренировать» сексуальность, выходя за рамки испытываемого сексуального влечения. В похожей ситуации находится часть старшего поколения современного общества, представителей которого в детстве воспитывали в духе безусловного ограничения сексуального влечения и которые в настоящее время стали свидетелями сексуальной пропаганды, уже никак не согласующейся с их слабо развитым сексуальным влечением.

III.ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ

СЕКСУАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ

 

3.1. Характеристика исследования

 

В исследовании приняло участие 53 человека, из которых 26 женщины от 18 до 51 года, 27 мужчин от 20 до 49 лет. По своему социальному положению респонденты относятся к группе студентов и работающих.

Выборка делится на людей с высшим образованием (примерно 50 процентов) и со среднеспециальным образованием (оставшаяся часть). Большая часть респондентов не состоит в браке.

Исследование проводилось индивидуально, к исследованию привлекались добровольцы.

Данная выборка была составлена таким образом, чтобы проследить возможные различия сексуальности мужчин и женщин, независимо от их возраста, семейного положения и образовательного ценза.

В исследовании были использованы методики:

  1. Исследование сексуальности Айзека.

    Опросник Айзека переведен А.Л. Красновым и представляет собой 11 шкал, характеризующих особенности сексуального поведения мужчин и женщин.

  2. Анкета «исследования психологических особенностей сексуальной жизни», специально разработана автором для данного исследования.

    Представляет собой перечень вопросов с предложенными вариантами ответов. Анкета приводятся в приложении 1.

В результате проведенного исследования были получены данные, характеризующие отношение к сексу, удовлетворенность сексуальными отношениями, наличие конфликта между влечениями и внутренними конфликтами, отношение к партнеру как к сексуальному объекту или как личности, толерантность к порнографическому материалу, сексуальную застенчивость, пассивность, отвращение, легкость возникновения сексуального возбуждения; акцент на сексе или отношениях любви, наличие акцента на агрессивность в сексуальных отношениях.

Благодаря составленной анкете были получены данные обо особенностях характера значимых для мужчины и женщины в сексуальном партере, об идентичности сексуального партнера и любимого человека, об удовлетворенности сексуальным партнером и целях сексуальных отношений.

 

3.2. Анализ полученных результатов

 

1. Сравнительная характеристика сексуальности мужчины и женщины. (см. Приложение 2, таблица 1)

По параметру терпимости мужчины демонстрируют более высокое значение, чем женщины (в 2 раза больше), женщины в основном лидируют по показателям по терпимости, объекту. Это говорит о том, что мужчины имеют более современные взгляды на сексуальные отношения; они более раскованы и практически лишены старомодных взглядов.

По шкале «Удовлетворенность» мужчины опять дали высокие результаты, а, следовательно 59% опрошенных мужчин в полной мере удовлетворены сексуальной жизнью. Женщины по данному параметру менее удовлетворены, при этом низких показателей не наблюдается ни у мужчин, ни у женщин.

По шкале «Невротический секс» мужчины дали высокие проценты, а это говорит о том, что проявляется неудовлетворенность сексуальными отношениями из-за боязни неудачи, страха потерпеть фиаско, в некоторых случаях.

По шкале «Безличный секс» показатели женщин и мужчин практически равны, а это свидетельствует о тенденции в отношении к партнеру как к сексуальному объекту, не учитывая его личностных особенностей.

По шкале «Порнография» показатели мужчин и женщин одинаково высоки, что свидетельствует о терпимости или даже можно сказать об интересе, внимании, к фотографиям, рисункам, фильмам такого рода.

Шкалы «Сексуальная застенчивость» и «Стыдливость» дали нам средние и низкие показатели как у мужчин, так и у женщин, а это говорит о нормальных реакциях, об отсутствии пугливости в отношении противоположного пола и сексуальных отношениях.

Как нестранно, шкала «Сексуальные отвращения дала нам высокие результаты, а значит у половины опрошенных возникают реакции отвращения на любые формы сексуальных проявлений.

У женщин в большей степени проявляется сложность в возникновении сексуального возбуждения, по шкале «Сексуальное возбуждение» 61% женщин дали низкие показатели.

Физическая сторона секса интересует в как мужчин так и женщин, в большей степени нежели другие аспекты отношений любви. По данным можно сказать, что они делают акцент именно на сексуальное общение, на физическую близость.

По шкале агрессивности женщины дали более высокие показатели, чем мужчины, а, следовательно, женщины более враждебны, агрессивны в сексуальных отношениях. Женщины стремятся к подавлению своего сексуального партнера.

2. Значимые качества личности сексуального партнера (см. Приложение 3, таблица 2)

Проанализировав полученные данные, обнаружили что женщины указывают значимых характеристик в 2 раза больше, чем мужчины.

Среди характеристик, выделяемых женщинами, большее место занимает характеристика отношения к ней сексуального партнера, т.е. понимание, честность, доброта, внимательность, ласка, уважение, забота, участие, отзывчивость.

На втором месте по частоте упоминания у женщин такие черты, как уверенность и сила.

На третьем месте–четность и ум. Мужчины выделяют в женщинах как значимую «черту личности» – внешность, на которую указали 40% опрошенных мужчин, на втором месте у мужчин оказались характеристики сексуального поведения: желание фантазировать, сексуальность, страстность, раскрепощенность.

На третьем месте – опыт, ум и верность.

Единственное совпадение у мужчин и женщин проявилось в таком показателе, как ум, однако эту черту указали только 3 респондента.

  1. Анализ удовлетворенности сексуальным партнером (см. Приложение 4, таблица 3)

    Мужчины в целом демонстрируют большую удовлетворенность, чем женщины.

    Меньшую степень удовлетворенности женщин можно объяснить несоответствием личных ожиданий и реальным отношением мужчин.

    4. Анализируя совпадения сексуального партнера и любимого человека у мужчин и женщин (см. Приложение 5 табл. 4), выявилась большая степень данного совпадения у женщин. Они в большей мере устанавливают сексуальные отношения именно с мобильными мужчинами.

    5. При анализе мотивов вступления в сексуальные отношения (см. Приложение 6 табл. 5) выявлено, что у женщин любовь оказалась на первом месте (51%), а у мужчин на последнем месте (3%). Удовлетворение физического влечения у мужчин на первом месте (60%), у женщин – на втором –11%

     

     

     

     

     

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

     

    Вопрос сексуальности взаимоотношений между мужчиной и женщиной, сексуальность вообще является мало исследованной темой как в теоретическом так и практическом плане, отсюда и мой интерес к данной проблеме. До сих пор само понятие сексуальности, фактор сексуального взаимоотношения между мужчиной и женщиной является нечетким, различным, расплывчатым в работах великих психологов, философов, социологов. Однако большинство из них солидарны с тем, что проблемы сексуальности и сексуального взаимоотношения полов нельзя определять только как врожденную потребность, а обуславливается интегрированием взаимодействующих биологических, психологических и социокультурных факторов. Более того, по сути она является основой активности не только направленной на сексуальное удовлетворение, но обуславливает другие формы поведения.

    В результате проведенных теоретических и эмпирических исследований были выделены следующие факторы отношений характеризующие сексуальность мужчин и женщин:

  • Отношение к сексуальному партнеру как к любимому человеку. По полученным данным можно говорить можно говорить, что женщины в большей степени идентифицируют своего партнера с любимым человеком, чем мужчины. На этот вопрос однозначно «да»ответило половина опрошенных женщин.
  • Особенности личности ожидаемые у сексуального партера– на данный вопрос женщины дали в два раза больше качеств личности ожидаемых от своего партнера, чем мужчины. Первое место у женщин занимает характеристика отношения к ней мужчины, они выделяют такие параметры как уверенность. У мужчин же ведущее место занимает такое «качество личности» как внешность– на это указала половина опрошенных.
  • Мотивы вступления в сексуальные отношения – такой мотив как «любовь» указали 51 % опрошенных женщин, в то время как мужчины выделили данный мотив 2%. А ведущим мотивом у мужчин (его выделило 60% опрошенных) является удовлетворение физических потребностей – своего «либидо».
  • Значимость личности сексуального партнера в противовес физическим параметрам. По проведенным исследованиям, можно судить о том, что как мужчины, так и женщины, менее всего ценят личностные качества своего партнера. Были выявлены высокие показатели, как у мужчин, так и у женщин, по шкале «Физический секс», что говорит о том, что в отношениях делается акцент на сам акт сексуального общения, на увлеченность физической стороной секса.

По данным которые получены в результате моей работы необходимо указать в первую очередь что женщины в проявлении своей сексуальности более чувственны, чем мужчины, у которых в первую очередь находиться удовлетворение своего физического желания.

Отсюда можно сделать общий вывод по различию отношения мужчин и женщин сексуальным отношениям между полами: мужчина в большей степени ориентирован на собственное удовлетворение, при этом мужчина основывается на этот тезис, даже при выборе своего сексуального партнера (согласно исследованиям мужчины осуществляют свой выбор исходя из такого показателя «качества личности» как внешность). В то время как женщины предпочитают строить свои отношения с противоположным полам, основываясь на чувствах (большинство опрошенных женщин выдвинули на первый план в своих отношениях с мужчинами – любовь).

В сексуальных взаимоотношениях женщины меньше удовлетворены, чем мужчины, так как их личные ожидания не соответствуют реальным отношениям к ним мужчин, которые в свою очередь проявляют большую удовлетворенность.

 

 

Использованная литература

 

  1. Адлер А. Воспитание детей. Взаимодействие полов. -Ростов-на-Дону., 1998.
  2. Андреева Г.М. Социальная психология. — М., 1981.
  3. Бердяев Н.А. Эрос и личность. Философия пола и любви.-М., 1989.
  4. Бердяев Н.А. Восточная культура секса: Дао любви. -Л., 1990.
  5. Берн Э. Секс в человеческой любви. -М., 1990.
  6. Берне Р. Развитие Я- концепции и воспитание. — М., 1991.
  7. Билич Г.Л., Божедомов В.А. Репродуктивная функция и сексуальность. –СПб., 1999.
  8. Бодалев А.А. Восприятие человека человеком. — М., 1982.
  9. Бодалев А.А. Личность и общение. — М., 1983.
  10. Василъченко Г. С. Сексопатология.-М., 1990.
  11. Витек К. Проблемы супружеского благополучия /Общ ред. Мацковского М.С. –М., 1988
  12. Виткин Дж. Женщина и стресс. — СПб., 1997.
  13. Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию.-М., 1996.
  14. Гишман С.Ю. Сексология.-М., 1997.
  15. Гозман Л.Я. Политическая психология. – Ростов-на-Дону., 1996.
  16. Гозман Л.Я. Психология эмоциональных отношений. — М., 1987.
  17. Григорьева Г.Г., Линская Л.В., Усолъцева Т.П. Основы конструктивного общения. -Новосибирск; М., 1997.
  18. Гуггенбюль-Крейг А. Благо Сатаны. –СПб., 1997
  19. Гэри Ф.Келпи Основы современной сексологии. — СПб., 2000.
  20. Донченко Е.А., Титаренко Т.М. Личность: конфликт, гармония. — Киев, 1989.
  21. Имелинский К. Сексология и сексопатология / Пер. с польск. -М., 1986.
  22. Кемплер И. Практика сексуальной психотерапии. Т. 1; Т. 2. -М., 1994.
  23. Ковалев С.В. Психология современной семьи. — М., 1988.
  24. 040515 1350 5 ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИКон И.С. Введение в сексологию.- М., 1990.
  25. Кон И.С. Дружба. — М., 1987.
  26. Кон И.С. Психология половых различий /Вопр.психол., 1981, №2.
  27. Кон И.С.Сексология для всех.- М., 1998.
  28. Крылов А.А., Маничев С.А. Практикум по общей, экспериментальной и прикладной психологии. — СПб., 2000.
  29. Куликов Л.В. Психология личности в трудах отечественных психологов. Хрестоматия. — СПб., 2000.
  30. Либин А.В. Дифференциальная психология. — М., 1999.
  31. Лоуэн А. Любовь и оргазм.- Ростов-на-Дону, 1998.
  32. Лоуэн А. Физическая динамика структуры характера. -Нью-Йорк, 1942.
  33. Мастерс У., Джонсон В. Основы сексологии. –М., 1998.
  34. Немое Р.С. Психология. Кн.1. -М., 1995.
  35. Пиз А., Пиз Б., Язык взаимоотношений мужчина – женщина. -М., 2000
  36. Пиз А. Язык телодвижений. — Нижний Новгород, 1997.
  37. Райх В. Сексуальная революция. –СПб., 1997.
  38. Райх В. Функция оргазма. — СПб., 1997.
  39. Робинсон М. Сила сексуальной отдачи. Нью-Йорк, 1959.
  40. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. — СПб., 1999.
  41. Свядощ А.М. Неврозы. — СПб., 1998.
  42. Ткаченко Б.И. Основы физиологии человека. Том 1,2. — СПб., 1994.
  43. Тревор Дей. СеКс от и до / Пер. с анг. Смуровой О. –М., 2000.
  44. Ференци Ш. Теория генитальности. Нью-Йорк, 1949.
  45. Философия любви / Под ред. Горского А.А.- М., 1990.
  46. Фрейд 3. Психология сексуальности. — Минск, 1993.
  47. Фрейд З. Три очерка по теории сексуальности // Фрейд З. Психология бессознательного.- М., 1989.
  48. Фромм Э. Искусство любить: исследование природы любви. — М., 1990.
  49. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. — СПб., 2000.
  50. Шмелев А. Г. Острые углы семейного круга. — М., 1986.
  51. 040515 1350 6 ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СЕКСУАЛЬНОСТИШтарке К., Фридрих В. Любовь и сексуальность до 30 лет — Пер. с нем. М., 1991.
  52. Щербатых Ю.В. Психология любви и секса. -М., 2000
  53. Эллис А. Искусство и наука любви. Нью-Йорк, 1960.
  54. Эрос. Россия. Серебряный век / Сост. Щуплов А. -М.,1992.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРИЛОЖЕНИЕ

Комментирование закрыто.

Вверх страницы